Книга Сердце офицера, страница 87 – Марина Кистяева

Две женщины встретились взглядами. Старшая покачала головой.

— Ничего не понимаю. Я точно выпала из вашей жизни. Оленька, давай, присаживайся, чего застыла? Как у тебя рука? Сильно пострадала? А Сашенька с тобой была? Что с ней? Только умоляю, не говори, что моя внучка тоже пострадала!

— Нет, с Сашенькой, слава богу, всё в порядке.

— Оля, это же треш какой-то! Почему ты не позвонила? Я всё-таки не чужая вам!

В голосе женщины послышалась откровенная обида, и Оля почувствовала укол совести. Не объяснишь, что не до разговоров и объяснений было. Там Громов пер на неё, как танк, окружая вниманием и собой.

— Я не знаю… Правда.

— Расскажи хотя бы сейчас!

Про аварию Оля рассказала. Тут утаивать ей нечего было. Как попала, при каких обстоятельствах. Кто спас и как она оказалась в военном госпитале.

— Ого. Вот так дела.

— С Сашей всё хорошо, — повторно уточнила Оля.

Подошел официант, принял у них заказ. Оля ограничилась салатом и чаем.

— А с тобой?

— Со мной сейчас тоже.

— Я, конечно, может, чего-то не понимаю, Оль, но ты же косвенно виновата в аварии.

Марина Викторовна выжидающе на неё посмотрела. Она была умной женщиной, зрила в корень.

Оля спокойно выдержала взгляд бывшей свекрови.

— Виноватых нет. У нас заключена мировая.

— Так просто?..

— Да.

Марина Викторовна хотела ещё что-то спросить, но передумала в последний момент.

— Как Саша? С кем ты её оставила? Я думала, ты с ней приедешь? Я соскучилась по нашей лапочке. Оль… — интонация в голосе женщины мгновенно изменилась, стала более мягкой, едва ли не просящей. — Ты же не запретишь мне видеть Сашу?

— О чем вы говорите?! — пришла очередь удивляться Оле. — Вы как будто меня первый день знаете. То, что мы расстались с Виталиком и расстались не особо хорошо, к вам никакого отношения не имеет. Вы всегда можете мне позвонить и договориться о встрече с Сашей. Марина Викторовна, вы чего?..

На глазах женщины выступили слезы, и та в сердцах зажала рот рукой. Энергично замотала головой и поспешно полезла в сумку, доставая конверт.

— Скажи мне, что Виталька не влез ни в какую криминальную историю! Пожалуйста, скажи!

Оля смотрела на конверт, а у самой ком встал в горле.

Как Марина Викторовна ни выводила Олю на более подробный разговор, девушка уходила от ответа.

— Я тебя поняла, — в конечном итоге сдалась первая. — Я только прошу об одном: если ты можешь как-то повлиять на события, дай обратный ход.

— В смысле? Я не вернусь к Виталику…

— Нет, нет, я не про твой уход. Тут всё понятно без лишних слов.

На мгновение Оля представила, что она снова с Виталиком, и холод коснулся позвоночника. В душе родился яростный протест, причем такой силы, что адреналин резко подскочил в крови, внизу живота неприятно потянуло.

Она не хочет!.. Она против!.. Ощущения, накрывшие её, были сравнимы с кошмарным сном, когда подсознательное выдает какой-то ужасающий фортель и накрывает сумасшедшей паникой, контролировать которую ты не в состоянии. Каким-то чудом выдергиваешь себя из сна и вздыхаешь с облегчением, погружаясь в реальность.

Так и тут.

Следующей мыслью, граничащей с непонятно откуда взявшимся отчаянием, была: она хочет быть с Петей!

Только с ним…

Оля поспешно поднесла ко рту чашку с остывшим чаем, пытаясь взять под контроль эмоции. Что это было?.. С ней, сейчас?.. Откуда пришла мысль, что она может потерять Петра? Будто у них внезапно закончится то, что она опасалась признать и принять?