Книга Большой. Злой. Небритый, страница 49 – Марина Кистяева

Разговоры с партнерами немного отвлекали, да и красивая девочка, присевшая рядом, тоже. Он жестом дал понять, что сегодня та может быть свободна. Вроде бы, её звали Нинэль. Хорошо делает минет, это единственное, что ассоциировалось у неё с ней.

Но сегодня Андрей желал видеть рядом с собой другую девочку. Непокорную, язвительную, выносящую мозг с первой встречи. Ту, что внезапно и совершенно неуместно въелась ему под кожу, не прилагая к этому никакого усилия.

Надяяя.

Он даже мысленно растягивал её имя. Ему нравилось перекатывать его на языке. Не спешно, пробуя на вкус. Как он вскоре попробует и её саму. Андрей не сомневался, очень скоро он сомкнет губы на её соске, и уже его будет перекатывать. Играть с ним, покусывать.

О, у него было много планов на будущую родственницу.

И все они по большому счету касались горизонтальной плоскости.

Он хотел Надю. Нежно. Жестко. Остервенело. Долго.

Так, черт побери, как она пожелает… потом. Сначала он выпустит пар, сделает её своей. Раздвинет её стройные ножки. Попробует её на вкус всю.

Он отчасти понимал Грега. Было что-то в сестрах Романовых, некое притяжение, очарование. Хотя, с другой стороны, Рита на Андрея не произвела никакого эффекта. Или у него стоял блок на неё? Девушка брата — трогать нельзя. Андрей вспомнил их первую встречу. Всё же нет, ничего у него не дрогнуло.

А когда распахнулась дверь, и он увидел уставшую, немного взъерошенную Надю, импульс прошелся по всему телу. Он было зол, как тысяча чертей. На носу контракт, слияние, он же разгребает амурные дела брата. Тут девочка встречает его недобрым взглядом, а у него инстинктивно — распахнуть халат, прижать грудью к стене, сорвать трусы, даже разорвать, и оттрахать девочку по самое не балуй.

Для мужчины ещё не придумали лучший способ выпустить пар, чем хороший секс.

Но пришлось сдерживаться. Пришлось договариваться. Пришлось везти её в клинику.

Уже потом в кафе понял — где-то перегнул палку. А наваждение и картина, как он распахивает халат и имеет русскую девочку Надю, не отпустила. Прочно, сука, засела в мозг.

Это плохо.

То, что не дает тебе покоя, теребит, нервирует, следует убрать.

Не получилось.

Возможно, всё и закончилось на следующее утро. Отдал распоряжение про цветы и забыл бы. Как вариант. Работа бы закружила.

Если бы Рита всё же ни приняла предложения Грега.

Надя шла в комплекте с ней.

И наваждение осталось.

По прошествии нескольких дней раздражение Андрея усилилось. Заноза по имени Надя не отпускала его. Плюс в голове отчего-то прочно засела мысль — она в его доме. И эта долбанная мысль грела его душу.

Андрей не приводил женщин в общий дом. Ни одну. Тех, что трахал. Для любовниц у него имелся просторный пентхауз в центре города, в котором он в основном и жил. Общий дом… Здесь другая атмосфера. Всё другое. Воспоминание. Их с Николасом детские годы. Рождение Грега.

Там живут бабушка с тетей, а им показывать женщин противопоказано. Нервы целее будут.

Особенно бабушке.

То, что его родственницы примут Риту с Надей с распростертыми объятиями, Андрей не сомневался ни минуты. Те давно желают женить «своих мальчиков».

Мальчики сопротивляются, как могут.

Грег сдался первым.

Любовь, мать её ети.

Допустим.

Андрей в принципе не имел ничего против женитьбы Грега. Если парень серьезно настроен, Бог ему в помощь. Николас не выражал трепетного восторга, но кто же будет спрашивать старшего брата в делах любовных?