Книга Большой. Злой. Небритый, страница 94 – Марина Кистяева

Да меня бы и не пустили. Я полностью оказалась вовлеченной в стремительно развивающиеся отношения с Андреем. Он сдержал свою «угрозу» — я теперь летала с ним во все командировки. А что? Это было интересно. Познавательно. И очень, очень страстно.

Андрей работал, я тоже. Или гуляла по стране, по городу, в котором мы находились. Правда, с охраной. У Адамиди появился пунктик в отношении моей безопасности.

— Ты не со мной, значит, с охраной.

— Андрюш…

— Женщина, даже не думай вить из меня веревки, когда дело касается твоей безопасности. Не получится.

Я не могла хитро не прищуриться.

— То есть в других вопросах ты будешь более мягок?

— Каждый будем рассматривать в отдельности.

И ведь рассматривал, амбал этакий.

Но пока меня всё устраивало.

Ссорились ли мы с Андреа? О, да! Постоянно. Один раз даже едва не подрались. Вернее, это я на него с кулаками. Но меня быстренько скрутили, закинули на плечо кулем и в спальню. Где уже утихомирили, отлюбив. Больше потугов к такой бессмысленной авантюре я не проявляла.

Я всё больше и больше влюблялась в новые страны, особенно в Европу. И в Андрея тоже. Мы оба не сахар. Он вспыльчивый, я… тоже. Но я уже не могла без него. Просто не представляла, как вечером смогу уснуть без его медвежьих объятий. Я даже на его спине умудрилась один раз поспать! Как забралась — загадка для обоих.

— И ты ничего не почувствовал? — сгорая с утра от стыда, допытывалась я до него.

— Ты весишь, как цыпленок.

— Пятьдесят два кг, — гордо заявила я.

— Говорю же, цыпленок. Я в зале работаю с весом в два раза превышающим твой.

— Значит, всё отлично, и ты меня особо не чувствовал?

— Я тебя всегда чувствую, — и как доказательство притянул меня к себе, уже укладывая на грудь и на бедра, кстати, тоже. Чтобы и я почувствовала его…

Андрей занимался регулярно в зале. Если мы останавливались в отелях, то он выбирал номера с тренажерным залом. Мне по первости даже немного было жутко, что мы останавливаемся в номерах люкс. Гигантские, другого слова я не находила. Некоторые квадратов двести, не меньше. И это чтобы пожить пару дней.

Я любила наблюдать, как Андрей занимается спортом. Как бьет по боксерской груше, как отжимается с раннего утра. Спорт был неотъемлемой частью его жизни. Теперь я знала, откуда у моего мужчины такая шикарная фигура.

Он и меня немного втягивал. Главное слово «немного». Всё же я человек творческий, мне бы посидеть, полежать, порисовать.

— Давай-давай, на беговую дорожку, — и ощутимый хлопок по попе.

Вот как тут не побежишь?

Мы привыкали друг к другу.

Нет.

Вру.

Мы врослись друг в друга.

К звонкам сестры я привыкла. Мы собирались на Кипр через три дня, вот тогда и собирались с ней встретиться. Я сообщила данную информацию Рите, та посетовала:

— Не любишь ты меня.

— Люблю.

— Нет. Вся твоя любовь теперь Андреа достается.

— Ты никак ревнуешь, сестрица?

— Всё, давай, до встречи.

Я дорисовала-таки стрелки, когда услышала очень эффектный матерный выпад, доносящийся из ванной.

Андрей.

И что, интересно, случилось, чтобы он так матерился?

Мне же любопытно. Да-да, про кошку, которую сгубило любопытство, помню. И всё же.

Я прошла к ванной, открыла дверь, замерла. Моё сердце, которое только-только успокоилось, сделало кульбит.

— Андрей… ты что делаешь?