Книга Русалка, страница 90 – Марина Кистяева

Ирина не помнила того момента, когда у неё закружилась голова. И ей стало безумно жарко под одеялом. Как могло такое быть — ты задыхаешься от духоты, а по телу бегают мурашки? Или ты хочешь лежать, не двигаясь, а твои руки сами ищут мужское тело?

Она выгибалась дугой….

Она хваталась за плечи супруга….

Она шептала его имя….

Она поднимала к верху бедра….

Она не понимала, что происходит с её телом!

— Петр…. Петенька…. Ах…. Я….

Он не позволял ей говорить. Ловил ртом её губы, целовал щеки, глаза, спускался к маленьким соблазнительным ушкам. Он мечтал о большем, ему хотелось более открытых ласк, но он не знал, выдержит ли она, да и выдержит ли он сам!

И когда Петр развел колени Ирины, и устремился к её глубинам, то обхватил лицо супруги руками, заглянул в глаза, и прижался в страстном поцелуе. Он проникал осторожно, но, тем не менее, почувствовал, как дернулось тело Ирочки, как её ноготки вонзились в его плечи. Он выдохнул:

— Всё, сейчас пройдет… потерпи….

Ирина замерла. То, что с ней сделал Петр, не поддавалось объяснению. Он заполнил её! Всю! Она ожидала, что будет больно, и была готова перенести это испытание, но те ощущение, что рождались в ней, на тяжкое испытание походили меньше всего. Да и больно особо не было…. Скорее непривычно.

— Ирочка, — Петр позвал её. Он едва сдерживался, его точно разрывало изнутри.

— Давай….

Ирина сказала всего одно слово, но этого оказалось достаточно.

И мир волшебных ощущений сосредоточился на двух обнаженных переплетенных в страстном танце телах. Кровать жалобно стонала, а мужчина и женщина стонали от удовольствия.

Когда пик наслаждения достиг вершины, Петр вскрикнул и рухнул рядом с Ириной. И не было счастливее человека, чем он.

Потом он нежно омыл супругу, шепча ей ласковые слова, а она лежала, раскинув руки, и на её губах играла довольная улыбка.

Ах, какие настали деньки! В имении Ракотиных, точно поселился добрый дух, который усердно следил за тем, чтобы домочадцам было уютно, весело и счастливо. Следил неустанно днем и ночью. За каждым обитателем отдельно и за всеми в частности. Он присматривался к молодым парочкам, усмехался себе в бороду и довольно потирал руки.

Славненько всё идет, однако ж!

То, что отношения между Ириной и Петром изменились, заметили все. Василий Дмитриевич облегченно вздохнул, и даже как-то посетовал на свои опасения Евлампии Валерьяновне. А если бы его девочка не была счастлива? Кто в первую очередь был бы виноват? Конечно, он! Не уберег, значит, кровинушку, не доглядел. Баронесса, конечно, поддержала графа, посочувствовала ему, а про себя усмехнулась. Это какой же слепой дурочкой надо быть, чтобы упустить свое женское счастье в лице красавца Петра Сергеевича?

Успокоилась и Вера. Она первая поняла, что у Ирины с Петром всё сладилось. Видела, как рано утром, после новогодней ночи, Петр вносил к себе в комнату поднос с завтраком. Чтобы барин сам спускался на кухню? Ох, не спроста это! Ирина за обеденным столом сидела пусть и с темными кругами под глазами, зато как эти самые глазки горели! Мило любо посмотреть!

Теперь Ирина и Петр как можно больше времени проводили вместе. Гуляли по зимнему саду, сидели в беседке или обсуждали прочитанные книги. В Петре Ирина увидела страстного, заинтересованного человека, он мог часами говорить об интересующих его делах или о земле.