Книга «Никто» так не смотрит, страница 7 – Марина Кистяева

— Слушай, я что-то не въеду. Вышивка интересная...

— Я сама вышиваю, - внезапно призналась Яся, покрываясь румянцем.

— Офигеть. Еще скажи мне, что и сумки сама делаешь. Я успела рассмотреть парочку.

— Сама.

— Пипец, Яська. А заказы берешь? Я бы, пожалуй, купила.

— Беру.

Есения покраснела еще сильнее. Не будет же она говорить, что у нее есть личная страничка на «Ярмарке Мастеров». Рано пока еще. Может, потом... когда-нибудь...

Не будет теперь потом. Ничего не будет.

За пессимистическими мыслями она не заметила, как провалилась в сон. Сказалось нервное напряжение. Перед тем как переехать в Каянск, она почти неделю не спала. То одно, то другое.

И не верила... До конца. Пока не встретилась лично с Галиной Дмитриевной.

Уже потом она узнает, что тетя Галя сменила фамилию. И на какую...

Дальше - еще интереснее. Слово «интереснее» можно взять в кавычки. Потому что фамилия это была Табасова.

Яся не строила иллюзий. Не считала себя протеже влиятельной семьи.

Ей просто дали шанс...

У Яси изначально было меньше времени проявить себя. Чуть больше года. Конец второго и третий курс.

А сейчас... И этого не будет.

И если ее назад в старый универ не примут, вообще будет весело.

— Эй, ты чего дрыхнешь в одежде?

Голос Веры ворвался в сознание Яси, заставив мгновенно проснуться и насторожиться. Жизнь в детдоме не сахар, многому учит. В том числе и быстро реагировать.

Соседка по комнате стояла над ней, подбоченясь.

— Уснула.

— Я поняла, что уснула. Пошли чай пить и сплетничать. Ты в курсе, что про тебя весь универ говорит?

— Про драку? - Живот Яси предательски сократился.

— Угу. Ну ты отчудила, мать.

Чай они пили в комнате. Макали пакетики и жевали печенье.

— Ну! - не выдержала Вера.

Рассказывать подробности не хотелось. Есения по-прежнему считала, что доверять девочке по комнате преждевременно. Она с настороженностью относилась к людям.

Но и найти общий язык с Верой тоже хотелось.

— Пристали мажорки. Вчера... сегодня...

— Белясова с компашкой. Я знаю.

— Если знаешь, зачем спрашиваешь? - беззлобно фыркнула Яся, делая первый глоток.

Чай показался ей безвкусным.

— А подробности? - воскликнула Вера, подаваясь вперед и всем видом показывая, что готова слушать.

Яся же, наоборот, откинулась на спинку стула.

— Я не зашла им.

— А должна?

— Нет. - Яся поймала себя на том, что начала улыбаться.

— Поэтому... пусть они идут кривой дорожной. Или на маленький писюн с бородавкой на головке.

— Вера!

— Что? Я их тоже терпеть не могу! Мажорки хреновы. Вечно ходят с задранным носом, точно они пупы земли. Смотрят на нас, как на псин блохастых. Пришибла бы.

— Не кипятись, Вер.

— А чего не кипятиться, я говорю как есть. Ненавижу! Они бы с удовольствием нас всех поганой метлой погнали, а низ-з-зя-я-я.

Яся вздохнула и посмотрела на коричневатую жидкость в бокале. Еще раз вздохнула.

— Ясь... Ну чего ты? Расстроилась?

Слезы-предатели снова заблестели на глазах. Девушка кивнула.

— Меня отчислят...

— Не факт, - быстро сказала Вера и внезапно схватила Ясю за руку. - А правда, что тебя лично Мазур забрал из универа?

Мазур...

Его взгляд темных глаз запросто может преследовать по ночам. Такой пронзительный. Яркий.

Яся сказала бы, что и сам Потап Мазуров был яркой личностью. Неординарной так точно. Она не соврала, когда сказала, что видела его лично.