Книга Рожденная в пламени ночи, страница 98 – Марина Кистяева

— Ты должен был мне сказать! — снова сорвалась она на крик.

— Тогда бы ничего не получилось! Я не знаю, почему провиденье уготовило тебе дар, который активизируется лишь в экстренных ситуациях! Но так распорядилась судьба! Ни я! Ни ты! Я лишь сделал так, что теперь ты им можешь пользоваться в любой момент!

— И первым, кого я поджарю — будешь ты!

— Хренушки! — Игорь перестал стесняться в выражениях и угрожающе оскалился, обнажив клыки. — Боюсь, у тебя ничего не получится, милая!

— Я тебе не милая! Никогда не была! Никогда не буду!

Слезы градом покатились по щекам Евы, разрывая сердце Игоря на куски. Он и не подозревал, что боль, испытываемая Евой, отзовется в его душе многократно.

— Так было надо, — он постарался говорить мягче, понимая, что Еве трудно принять произошедшее.

— Нет! Ты принял решение…, - простонала она, и её стон был стоном смертельно раненого животного.

— В нашей семье всегда решения принимать буду я! — рыкнул Игорь и чуть ослабил захват рук.

Если бы Ева вслушалась в его слова, внутренняя боль тотчас притупилась, а то и вовсе исчезла. Если бы…

Она же, почувствовав, что Игорь ослабил хватку, изловчилась и освободила одну руку.

И отвесила князю Сандровскому увесистую пощечину.

Звук удара глухим эхом разнесся по спальне.

Игорь, уже не церемонясь, скрутил Еву. Его глаза пылали диким огнем, из груди вырывались рычащие звуки, а клыки опасно удлинились.

— Сейчас с тобой бесполезно разговаривать, женщина! Перестань драться!

— Или что? — с вызовом бросила Ева, уже наплевав на все угрозы. Душевная боль была настолько сильной, что девушка даже перестала бояться дальнейшей физической расправы. — Накажешь меня? Окончательно сломаешь? Что ты со мной сделаешь, треклятый вампир?

Игорь глухо застонал.

— Какие же вы женщины дуры!

— А ты — самодовольный ублюдок! Ненавижу тебя!

— Ненавидишь, говоришь? Тогда почему в ту самую секунду, когда ты думала, что умираешь, ты желала, чтобы я спасся? Разве не ты мысленно — заметь, Ева, я повторюсь, — мысленно выкрикнула: "Игорь, спасайся!".

Игорь раскрыл карты до конца.

Ева замерла, перестав вырываться и с немым ужасом уставилась в красные всполохи в глазах мужчины.

Игорь раскрыл карты до конца.

Ева замерла, перестав вырываться, и с немым ужасом уставилась в красные всполохи в глазах мужчины.

— Что…Как… О чем ты говоришь?

На Еву точно вылили ушат ледяной воды. Она едва ли не реально чувствовала, как холодные льдинки впиваются в её разгоряченную кожу, охлаждая.

Слова Игоря шокировали её едва ли не больше его признания о том, что он организовал ей ловушку.

— О том, что бывают моменты, когда я слышу тебя, — признался Игорь, мысленно обзывая себя дураком и проклиная тот момент, когда он открыл рот. Какого черта ему надо было об этом говорить? Сейчас не подходящий момент, чтобы объяснять Еве про связь, возникающую между истинными парами.

— Слышишь меня, Сандровский? — недоверчиво переспросила Ева более спокойным тоном. — Бред! Такого не может быть…

— Может.

Лаконично.

— Игорь, слезь с меня.

— Нет.

— Я больше не буду драться.

— Нет, Ева.

— Тогда объясни, что за связь!

— Тебе не понравится.

Ева не сдержала жалобного всхлипа.

— Мне многое, что не нравится, но это вас не останавливает.

Ева, сама того не ведая, повернула всаженный нож в ране Игоря.