Книга Сандровские. Трилогия, страница 81 – Марина Кистяева

— Женщина, закрой рот!

У Ланы от удивления приоткрылся этот самый рот. Она набрала в грудь побольше воздуха, собираясь высказать ему всё, что думает, но внезапно передумала. Обида захлестнула девушку.

Ах, вот значит как….

Благо, что ехали они не долго. Лифт остановился и бесшумно открыл дверцы.

Велест, продолжая метать гром и молнии, ворвался в комнату, на ходу сдирая с себя рубашку и бесцеремонно кидая её на пол. Лана по пятам следовала за ним. Его отвратное настроение передалось и ей. Какое право он имеет на неё орать? Почему ведет себя бесцеремонно и нагло, точно она совершила смертельно опасное преступление? Она за него волновалась, переживала, и вместо того, чтобы как-то успокоить её, он на неё кричит!!!

Она вспыхнула.

С неё хватит!

Хватит ей этих историй с бессмертными!

Хватит с неё угроз!

Хватит с неё загадок и тайн!

Её нервы на пределе. Она держалась, и долго! И заслужила хотя бы элементарного понимания!

Велест, не останавливаясь, отправился в ванную. Лана за ним. Он резким движением открыл краны в ванной и несколько раз брызнул холодной водой в лицо и на плечи, смывая следы недавней битвы. Намочил волосы.

Лана скрестила руки на груди и молча наблюдала за его манипуляциями. Когда он поднял лицо, на котором почти не осталось ран, а синяки полностью исчезли, она решительно сказала:

— Я хочу домой. В Россию.

Стоило это сказать, чтобы увидеть, как застыло лицо Велеста! Видимо, он не поверил своим ушам. Потому что медленно, очень медленно повернул голову в её сторону.

И на его лице не дрогнул ни один мускул.

— Повтори, что ты сказала.

В его голосе отчетливо слышались предостерегающие нотки, но Лана была в таком состоянии, что ей было всё равно, что там думает и чувствует мужчина.

— Я уезжаю домой. Правда, не знаю, еще как….

Она не договорила.

Она забыла, каким быстрым может быть Велест. Он сорвался с места, цепко впился пальцами в её плечи и бесцеремонно встряхнул.

— Какая, к черту, Россия? Ты что мелешь?

— Пусти меня! — закричала ему в лицо девушка, и попыталась вырваться, но положительных действий её попытка не возымела.

— Куда это ты собралась? — выдохнул Велест, и желваки на его лице заходили ходуном. Глаза сузились и та буря, что отражалась в них, не предвещала ничего хорошего.

Но Лана решила идти до конца. Или сейчас или никогда.

— Домой! Что тут не понятного? Я не желаю видеть ни тебя, ни твоих родственников! Я среди вас лишняя, и поэтому — уезжаю!

У Велеста шумно вырвался воздух, точно одним движением его вышибли из груди. И он, позабыв, что Лана хрупкая девушка, приподнял её за плечи и придвинул к стене. Она ударилась головой и громко ойкнула. Но и это не подействовало на мужчину.

Она не желала больше его видеть.

Ни одна женщина не говорила ему подобного.

И он не ожидал, что осознание того, что не нужен, так негативно на него подействует. Проще говоря, это его задело! И ещё как! И кто ему это сказала? Единственная женщина, которую он хотел защищать и оберегать!

— То, что ты не хочешь меня видеть — я как-нибудь переживу, — зло сказал он, и его горячее дыхание обожгло щеки девушки. Он придвинулся к ней вплотную, и теперь его обнаженная грудь расплющила её нежную грудь. — Но с чего ты решила, что я тебя отпущу?

Лана быстро пришла в себя от удара головой. Тупая боль отозвалась в верхней части тела. То, что он бесцеремонно обращается с ней, ещё больше подлило масла в огонь и распалило её обиду.