Книга Сын маминой подруги, страница 17 – Марина Кистяева

— Какого…

Дальше мелькнула крепкая мужская рука, которая честно пыталась остановить ее падение. Но уберегла лишь от столкновения ее лба со столиком.

Падение на пол купе было не просто болезненным. Еще и чертовски унизительным.

Ладно бы только это. Но кто-то решил ответить помощью на помощь и начал поспешно вставать.

Ступни минимум сорок третьего размера… колени… и пах. Черт побери, пах! Прямо напротив ее лица.

— Осторожнее!

Ей на плечо легла крепкая мужская рука.

Боль в пояснице никуда не делась. Дарина стояла, уперевшись руками в тонкий коврик. Перед глазами, как в дурном хороводе, мелькали крошки, ворсинки, все то, что недоубирали проводники.

Кровь не просто прильнула к лицу. Оно стало пунцовым. Никогда ранее Дарина не чувствовала себя настолько абсурдно.

Даже, черт побери, когда впряглась за голого мужика!

Который теперь навис над ней. Не то сзади, не то сбоку.

Это карма, да?..

Что же еще…

Правильно говорят знающие люди — добро всегда возвращается.

Но не так же! Не так!

Зато вроде бы электронная книга целая. Хоть какой-то плюс.

— Ушиблась? Встать можешь?

Ее не тянули, рывком не пытались поднять. Как будто Адам что-то знал.

— Нет, но…

Дарина поморщилась. Говорить тоже было больновато. Да что с ней такое?

Надо встать… Хватит тут на четвереньках стоять.

— Давай-ка вот так…

Ее потянули назад. Дарина сразу же пискнула, из глаз предательски брызнули слезы.

— Да черт. Защемило?

— Защемило? — переспросила Дарина, не понимая, о чем ее спрашивают.

Ей бы реально встать! Вернуться на свой диван и тихо умереть.

— Где сильнее всего болит?

— Откуда я знаю? — простонала она. закатывая глаза и предательски шмыгая носом. — Везде.

— Значит, так. Слушай меня внимательно. Я медик. Не маньяк. Разницу улавливаешь?

Она улавливала лишь то, что с ней разговаривают, как с маленькой.

Медик он, ага.

Ладно… Ладно… Поверит.

— Да.

— Умница.

Ее еще и похвалили… Ну замечательно.

— Сейчас я тебя буду трогать.

— Может, не надо?

Ей удалось повернуть голову туда, откуда доносился хрипловатый низкий голос. Но с такими нотками, которые одновременно вызывали какой-то иррациональный глубинный трепет и яростное желание сопротивляться. Потому что он отдавал указания. Четкие, не терпящие возражения.

Дарина к подобному не привыкла.

И лицо. Кто сказал, что оно будет настолько близко к ее?

Она словно впервые увидела Адама. Адама же, верно? Он не соврал или все же прикольнулся, там, на дороге? Голый, Адам, Эдем… Она бы лично шутку оценила.

Интересное у него лицо, выразительное. Такое чисто мужское, с линиями, от которых женщины сходят с ума и называют их сексуальными. А еще от него исходила сумасшедшая энергетика. Не то подавляющая, не то сносящая женщин с ног. Видимо, второе. Потому что ее как раз и снесло.

Уголки губ Адама нервно дернулись.

— Боюсь, что надо.

Он потянулся к ней обеими руками сразу. Дарина невольно мазнула взглядом по его пальцам. Нет кольца… Неужели не женат? Что-то не верилось.

Но все ее мысли абсолютно испарились, когда он прошелся ладонью по шее, по открытым участкам тела и ниже Что-то пробормотал, нахмурился, встал на ноги. Дарина резко вернула голову назад.

— Давай-ка аккуратно подниматься.

Одну руку он зафиксировал ей на плече, вторую на талии. Черт, черт, черт.