Книга Хорошая девочка, страница 28 – Марина Кистяева

— Становится все интереснее. Откуда инфа? Юра сказал?

— Свекровь. При мне уточнила, что между ними происходит.

— И он прямо взял и сказал.

— Прямо взял и сказал.

— Без сомнений?

— Без сомнений.

— Черт.

— Ага.

— Не нравится мне это. — Марина даже и не думала менять позу. Лишь довольно улыбнулась, что противоречило ее заявлению.

— А я про что.

Понизив голос до шепота, чтобы никто лишний ее не услышал, Ксения добавила признание:

— Я несколько раз с ним кончила. Понимаешь?

— Нихрена, — таким же шепотом, но с оглядкой на Ваню, сказала Марина. — Но дело принимает серьезный оборот. Знаешь, что я могу сказать по этому поводу?

Подруга бы изменила себе, если не выдержала театральной паузы.

— Говори уж.

Ксения приготовилась.

— Ты кончила, потому что больше не зажимаешься. Над тобой не висят обязаловки, которые ты сама на себя и навешала. И когда наш многоуважаемый Хованский позовет тебя снова замуж, не спеши ему говорить «да».

Двумя часами позже Ксения вернулась к дому. Ноги сами притормозили, когда она увидела знакомый мерс. Юра? У нее? Снова…

Та-ак… Девушка выдохнула. Ноги предательски дрогнули.

Они с ним не договаривались о встрече сегодня.

Но он приехал.

И уже выходил из машины.

Ваня сразу же закричал:

— Папа пишел! — и едва не вывалился из коляски.

— Осторожнее! — вскричала Ксения, ловя сына.

Поздно. Тот уже настроился бежать к отцу. Пришлось его вынимать и пускать.

Юра присел на корточки, в руках он держал черную коробку с новой игрушкой. Кажется, машинка на пульте управления. Ксения с улыбкой наблюдала за встречей отца и сына. Стояла в сторонке и ждала.

Подняв сына на руки — тот уже успел вцепиться загребущими ручонками в коробку и что-то щебетал от радости, — Юра направился к Ксении.

— Привет.

Точно ничего сверхординарного не происходило, как нечто само собой разумеющееся, он склонился и поцеловал ее. Мазнул сначала по щеке и потом по губам.

У Ксении мгновенно сдетонировало в груди.

— Привет…

— Не буду говорить, что мимо проезжал, — растягивая гласные, усмехнулся он.

— Зачастил, Хованский.

— Это плохо?

Она пожала плечами. Она и сама не определилась.

Развернувшись, она направилась к подъезду. Подняв коляску по пандусу и поставив ее в колясочную, подошла к мужчинам. Так и хотелось сказать, что к своим.

Но нет…

— Есть хочу ужасно. Покормишь? — спросил Юра, когда они вошли в лифт.

— Да-да, конечно.

А как не покормить голодного мужика? Святое дело! И не важно, что вокруг сотни кафе и ресторанов на любой вкус и кошелек.

Приехал-то он к ней.

Юра взял Ваню на себя, раздел, разул. Их мальчуган безропотно слушался отца. А как же! Мало того, что тот снова с ним, так еще и подарок привез.

Стараясь не смотреть на мужчин — что-то сегодня их вид действовал на нее странным образом, поднимал в груди бурю противоположных эмоций, — Ксения поспешила в ванную. Она начала прикрывать дверь, но ей помешали.

В комнату ввалился Хованский.

— Ты что…

Она не успела возмутиться, запротестовать. Ей прижали к стене. Руки вздернули кверху.

И тело к телу, грудь распластали о мужскую.

— Соскучился я. Пиздец какой-то.

— Юр, зайди ко мне.

Хованский кивнул. Раз шеф зовет, надо идти.

— Что-то срочное, Семён?

Ясев кивнул на кресло.

— Тут к нам Касьянов наведался. Помнишь такого товарища из Питера?