Книга Назову своей, страница 61 – Марина Кистяева

— Перестань. Я больше волновался за тебя. И впервые столкнулся с тем, что девушка закрывается от меня, убегает. В какой-то момент даже решил, что, может, реально настолько тебе неинтересен, неприятен, что ты готова сигануть с карниза, лишь бы избежать моего общества.

— И? - Люда жаждала ещё больших откровений.

Она откинулась на Илью, позволила себя обнять крепче. Его руки забрались под свитер и накрыли грудь девушки. Ощутимо сжали, отчего между бедрами полыхнуло. А ещё Люда с удивлением поняла, что Илья тоже возбужден.

— Двигался бы дальше, Люд. От тебя не отступил точно. Ты… Хм…Не могу точно найти определения, что случилось, когда увидел тебя там, на трассе. Немного замерзшую, испуганную и в тоже время решительную. Смущенную и безумно красивую. И ещё этот снег, который был везде. Он тоже на меня произвел впечатление, признаюсь.

— Всё сыграло против тебя, - не удержалась она от улыбки.

— Почему это против? Наоборот. Хотя в первый вечер меня и штормило.

— Как хулигана-школьника, когда он увидел новенькую?

Она вспомнила свои недавние мысли.

— О, нет, хулиганом я никогда не был. Скорее, заучкой.

— По тебе не скажешь. У тебя отличная физическая форма.

— А у заучек не может быть отличной физической формы?

Они разговаривали. Шутили. Узнавали друг друга.

Кое-как добрались до ванной, где поспешно начали раздеваться. Первым с поставленной задачей справился Илья.

И шагнул к Люде. Та как раз снимала брюки. Илья перехватил инициативу, она возражать не стала.

Зачем?

— Я люблю тебя, Илюш, - прошептала девушка, наблюдая, как мужчина опускается на корточки. Видеть его на уровне своего живота – было крайне волнительно. Даже не так. Волнение – не то слово.

Он оказался слишком близко к её трусикам. И к тому, что они скрывали.

По тому, как потемнели глаза мужчины, подумали они об одном и том же.

Илья некоторое время не двигался. Раздел Люду и разглядывал то, что видел. А также анализировал услышанные слова. Люда тоже не спешила что-либо больше говорить или делать, она наслаждалась моментом их уединения. И соединения.

Что будет потом – не так и важно. Она не желала думать, переживать. Она будет наслаждаться тем, что у неё есть.

А есть у неё очень многое. Родители, которые любят её и по-своему заботятся. Братишка, который не забывает писать, канючить и рассказывать про бездомного щенка, что прибился к дому. И что он пока не может попросить папу взять его.

Есть Аля.

И Илья, от которого кружилась голова. И который сейчас ласкает её так, что пальчики на ногах покалывает от предвкушения.

Он дотронулся до её лобка. Чуть ниже.

— Саднит? Есть неприятные ощущения?

— Дотронься, и мы проверим.

Она не будет больше стесняться. Только не с ним.

Губы мужчины дрогнули. Они отразили не то улыбку, не то что-то иное. Люда не разобрала. Её больше заботили продолжение и собственные ощущения.

Он дотронулся. Нежно и очень аккуратно. Провел пальцами, приоткрывая набухшие складочки.

— Не больно?

Люда мотнула головой. Какое больно… Стоило ему прикоснуться, и мир поплыл. Сладко и обжигающе.

— Приятно.

— А так?

Илья надавил на клитор и вошел пальцем внутрь. Люда запрокинула голову назад.

— Мы… мыться хотели, - выдавила она из себя, прислушиваясь к пульсации тела.

— Конечно.

Илья пружинисто поднялся, протянул руку. Люда её приняла.