Книга Чёрно-белый танец, страница 24 – Марина Кистяева

— Почему ты так удивляешься? Да, я ученый, хотя это слишком громко сказано. Так, маленькое подмастерье. Раньше занимался микробиологией, сейчас увлекся программным обеспечением.

Она с недоверием на него посмотрела.

— Видимо, я не правильно информирована о финансовой стороне жизни наших российских ученых. Я как-то не представляла, что научные работники могут себе позволить разъезжать на дорогих джипах.

— Просто джип — удобная машина. И мне подходит по размерам, — ушел Загорнов от ответа.

— А остальные, получается, малогабаритные? — не желала она оставлять его в покое.

— Получается, что так.

Он снова вернулся к джипу, достал с заднего сиденья корзину с провизией и несколько одеял.

— Где расположимся? — поинтересовался он.

— Мне всё равно. Можно, прямо здесь.

— Отлично. Здесь так здесь.

Загорнов что-то не договаривал. Это не понравилось Дарье, но она не имела никакого права настаивать. Ей тоже было бы не приятно, начни он расспрашивать её. Они — случайные попутчики. Сегодня вместе проводят день, а завтра разбегутся, и не известно, увидятся ли ещё раз когда-нибудь.

Даша помогла ему расстелить одеяла и выложить содержимое корзины. Легкая закуска, фрукты, мясные деликатесы живо напомнили ей, что она со вчерашнего вечера ничего не ела существенного. Эх, а кушать-то хочется….

Девушка выудила из недр корзины бутылку вина и постучала по ней.

— Андрей, ты же за рулем. А вино крепленое.

— Ну и что? Я же не собираюсь напиваться. Немного хорошего вина никому не повредило, это же не водка и не виски. К тому же, ладно я, но тебе никто сухой закон не объявлял.

Правильно, не объявлял, она сама себе его объявила.

Даша покачала головой.

— Я не буду. Не пью.

— Почему? — он был искренне удивлен.

— По состоянию здоровья. Ой, слушай, вот я растяпа! Андрей, мне ужасно стыдно! Дожила, называется! Совсем закружилась, и даже не поинтересовалась о твоем здоровье. Ты же у нас пострадавший!

— Нормально, жить буду, благодаря стараниям одной красавицы. Царапины и ссадины скоро заживут, и буду, как новенький.

Тут его взгляд задержался на синяках Даши. И мужское любопытство взяло вверх:

— А у тебя что с лицом? Я ещё вчера заметил. Красивая молодая девушка, а лицо в синяках. Кто-то ударил?

Дарья опустила голову и принялась старательно поправлять концы одеяла. Она знала, что Андрей ждет ответа.

— Я не хочу об этом говорить, — стараясь сохранить спокойствие, ответила девушка.

— Может, я смогу помочь?

— Нет, спасибо, ты ничем не сможешь помочь.

— Откуда такая уверенность? Ты же меня не знаешь.

Тут Даша не выдержала и вспылила.

— И что из этого? Андрей, это моё дело, и я не хочу, чтобы в мою жизнь лезли посторонние! Я сама во всем разберусь!

— Не стоит злиться!

— Извини. Ты затронул больную тему.

— Ладно, всё, я больше не буду, — он поднял руки вверх, признавая своё поражение.

Даша опустила голову. Пусть думает, что хочет! Она не обязана что-либо объяснять!

Андрей продолжил хозяйничать, а Даша откинулась на одеяла. На Загорве сегодня была рубашка с короткими рукавами, и она невольно усмехнулась. Да уж, хорош ученый, ничего не скажешь. Даша относилась к числу тех женщин, у которых прочно в голове засел образ ученого-очкарика с тонкой бородкой, носящего вечно измятый костюм. А перед ней был прямо противоположный экземплярчик. Бугай, по-другому Андрея она назвать не могла. Крепкие мышцы, натренированное тело, уверенный взгляд.