Книга Право на нас, страница 57 – Марина Кистяева

Пофиг. Важно другое - она потянулась за сумкой, выставив попку кверху.

В паху мгновенно прострельнуло, член дернулся. Благо одет Богдан был в свободные спортивные штаны. Под ними - такие же свободные боксеры. Как знал, сука.

Да и знал он, что у него стояк будет, чего уж.

Ничего удивительного, что Богдан сделал шаг вперед.

Ещё немного и он точно пристроится к попке Тони.

Внезапно Тоня как-то глухо ахнула и схватилась за спину. Прямо как старушка.

-Ты чего? - мгновенно напрягся Богдан.

— Спина.

— Да что спина, Тонь?! - он не заметил, как повысил голос.

— Спина, - снова промычала Тоня, разгибаясь и оборачиваясь.

Дарова как током шибануло. Потому что в глазах девчонки он увидел слезы. И они враз его дезориентировали.

Что там мужики говорили про бабские слезы? Что эта хрень прошивает насквозь?

Богдан видел много женских слез, и в основном они его трогали вскользь. Он помогал плачущим, стараясь минимизировать их страдания.

Но слезы боли Тони... Это нечто!

У него самого дрогнули руки, и живот странно потянуло.

— У тебя больные почки? В чем дело?

— Почки?

Тоне, наконец, удается распрямиться и посмотреть на него без влаги в глазах.

— Ну да. Отчего тогда так спину свело?

Он не дождался ответа. У него внутри всё горело. Какого... Он и помыслить не мог, что у Тони проблемы со здоровьем. А они запросто могли быть! Это он здоровый, как бык! А она нежная и хрупкая.

— Дай помассирую, - резко проговорил он, и прежде чем она успела понять в чем дело, Богдан уже стащил с неё куртку, кинул прямо на стол, а Тоню развернул к себе спиной и задрал кофту, обнажая полоску белоснежной кожи.

— Богдан! - взвизгнула девчонка, пытаясь вырваться из его рук.

Но куда!

— Стой смирно. А лучше ложись.

Не успела Тоня повторно возразить, как он максимально аккуратно, не замечая легкой дрожи в собственных руках, подхватил её за талию и уложил на кровать.

Он проходил курсы так называемого массажа. На самом деле их учили воздействовать на точки. Где нажать, как вырубить... Как сделать так, чтобы человека скрутило, и он выл от нестерпимой боли.

Умел и расслаблять.

Но почему руки дрогнули?

Даров, соберись! К черту...

Тоня заелозила на кровати, пришлось припечатать её рукой между лопатками.

-Тихо, сказал.

Она затихла. Вот и умничка.

Её белая кожа звала, притягивала. Манила. А какая она оказалась наощупь! Гладкая, как брюшко у жеребенка. Был у него такой опыт, выхаживал одного.

Он прошелся по пояснице Рыжей. Развел пальцы... Какая же у неё тонкая талия.

— Бога...

-Уу?

— Дай встать.

— Лежи.

— Дай. Мне. Встать, - тщательно проговаривая слова, выдохнула их в подушку Тоня. Девчонка явно рассчитывала на другой эффект от них.

— Тебя надо размять.

Богдан не узнал свой голос. Откуда в нем взялось столько хрипотцы? Про пожар в штанах он вообще молчал. Но в голове билась мысль, что надо узнать про здоровье Тони. И не навредить ей, главное!

Девушка на некоторое время затихла. Лежала, кажется, не дыша.

А он трогал её.

Максимально осторожно...

И сам, кажется, тоже не дышал.

— У меня сейчас случиться истерика. Даров, ты готов к женской истерике?

Мужские пальцы замерли на тонких позвонках.

-Ты решила зайти с козырей?

— Других вариантов ты мне не оставил.

Губы Богдана невольно дрогнули, растянулись в улыбке, а потом он и вовсе коротко рассмеялась.