Книга По закону гор, страница 85 – Марина Кистяева

Янина вскрикнула и ускорилась, кажется, что-то пробормотав про придурка.

Дверь захлопнулась. Касьян остался лежать, глядя в потолок. Ладонь все еще горела. Он провел рукой по лицу, смахнув влагу со лба. Черт. Черт.

ГЛАВА 26

Кухня пахла кофе и свежим хлебом. Янина потянулась, глядя, как Касьян ловко управляется у плиты.

— Я заметила, ты любишь готовить.

Она чувствовала себя немного неуютно. Касьян снова отстранил ее от готовки.

— Люблю, – просто ответил он, разбивая яйца в сковороду.

— Мама научила?

— Дед. Мы с Адамом часто у него зависали.

— Но вы же… – Она запнулась, почувствовав, что готова ляпнуть что-то не то.

Касьян обернулся, его бровь взлетела вверх.

— Южных кровей? Типа мужчины южных кровей не готовят?

— Угу, — смущенно пробормотала она.

— Еще как готовят, – усмехнулся он, откидывая лопатку на столешницу.

И выдвигаясь к ней.

Янина не успела среагировать, как он перехватил ее и усадил на край стола.

— Касьян! – протестующе всплеснула она руками.

Но он уже целовал ее, и мир уплыл из-под ног. Голова пошла кругом. Когда это произошло?.. Когда она настолько сильно влипла в этого парня?

Ведь влипла же. Глупо отрицать…

И даже то, что она с ним переспала, имело немного иной акцент. Это было естественным ходом событий после того самого «влипла».

А главное – Янина не жалела.

Ее еще штормило. Ее кидало из одной крайности в другую. Минуту назад ей хотелось обнять Касьяна и молча уткнуться ему в яремную ямку. И ничего, вообще ничего больше не говорить. Просто стоять, просто обнимать.

Быть с ним рядом.

Они в снежном плену. Почти классика жанра. Он и она… Мужчина и женщина. Пусть молодые и дурные.

Вдвоем…

Их тянет друг к другу. И многие ее ровесницы давно плюнули бы на все и не заморачивались. Такой парень рядом! Чего теряться?..

Янину же то и дело откидывало назад. У нее скоро месячные. Может, из-за этого ее так штормит? Потому что после желания прильнуть, спрятаться на груди Касьяна возникало другое. Совершенно противоположное. Хотелось завернуться в плед, сделать себе чай и устроиться у камина.

И тоже молчать…

У Касьяна настроение, точнее, настрой считывался по лицу. Он хотел продолжения. Он дорвался до нее, до «сладкого».

И его она тоже понимала!

Они вроде как вышли на некий новый уровень. И ей надо расслабиться! Но почему-то не получалось…

Янина доверчиво прильнула к нему. Не начудить бы что-нибудь… Не оттолкнуть.

Как-то надо урегулировать эмоциональный фон. Пока выходило откровенно фигово.

Губы Касьяна хозяйничали с ее губами. С ее ртом. Он толкнулся языком, и она позволила. Глухо застонала, сильнее вжимаясь ладонями в столешницу.

Это было так пошло!.. Целоваться на столе. И одновременно обжигающе сладко.

Сладко же…

Его рука легла на ее талию. Потом как-то быстро переместилась на шею. Большие пальцы нежно поглаживали щеки, линию челюсти, заставляя ее кожу гореть под его прикосновениями. Каждый нерв в ее теле оголился, стал крайне чувствительным.

Янина слышала собственное сердце. Громкое, бешено стучащее где-то в горле, в висках, совершенно неритмичное.

Тот самый мир, который уплыл, теперь сузился до этого клочка кухни, до шипения яиц на плите, до его дыхания, смешавшегося с ее дыханием.

Она забыла, как дышать самостоятельно, забыла все на свете.