Книга Его невеста, страница 112 – Марина Кистяева

Федору, как она и ожидала, легкого прикосновения оказалось мало, и он пошёл дальше. Потянул ногу на себя, оголяя Нату всё больше. Да и плед вовремя соскользнул с её бедра. Ната увлажнилась, соски напряглись. Желание острой стрелой пронзило тело.

Мужчина развернулся корпусом к ней и всерьез занялся своей добычей. Сначала поцеловал один пальчик, потом второй.

Наташа зажмурилась от удовольствия. Такого неспешного, почти ленивого.

— Это снова лишь физиология, Федя, да?

Ответом ей послужил довольно ощутимый укус.

— Какая физиология… Истинная, скажи, что ты сейчас несерьезно? Что прикалываешься? Я влюбился в тебя почти сразу же. Нат… Физиология физиологией, но даже самая сумасшедшая тяга между двуликими не дает им возможности быть вместе.

— Ну вот. Выпросила признание, — она зажмурилась ещё сильнее.

И дышать стало легче. Рухнул последний барьер.

— Тебе сегодня можно всё.

— Я запомню. Поэтому продолжай.

Глаза она не открывала. Не хотела. Хотела наслаждаться тактильно. Чувствовать ментально.

Его эмоции. Свои. Они переплетались, становились ярче.

— Продолжать, говоришь? Я тебя люблю. Люблю вот эти пальчики. Люблю изящную лодыжку. Люблю твои округлые бедра, которые ты от меня старательно прячешь, — вторая рука властно откинула плед в сторону. — Так-то лучше.

— И всё? Больше ничего не любишь? Ай!

Федор наигранно громко зарычал и быстро сменил локацию, повалив Наташу на пол, надежно фиксируя её голову, чтобы она ни в коем случае не ударилась затылком. Ната сразу же обняла ногами его торс, выгнулась в пояснице.

Так. Идеально.

— Я, кстати, тоже люблю тебя. Злой сердитый волк.

Карие глаза торжествующе блеснули.

— И где же я злой?

— Волки не могут быть добрыми.

Она продолжала его дразнить, несмотря на то, что трусики давно промокли насквозь.

— Я не просто волк. Ты ошиблась в моей квалификации. Я демон-волк.

— О, ну тогда да, тебе простительно.

— Всё, женщина, держись. Ты договорилась!

Ответом ему послужил счастливый смех.

Полтора года спустя

Две молодые волчицы выбежали из леса и устремились дальше вдоль опушки.

Красивые…

И да, кто с ними не знаком, скажут, что они идентичные. Что нет ни единого различия.

Есть.

У его волчицы есть небольшая тонкая белая полоска на спине. Едва заметная, спрятанная под шелковистой шерсткой. Федор её обнаружил случайно, когда приучал Наташу безопасно перекидываться.

Мужчина стоял у окна и любовался на девочек. Резвятся. Пусть. Им надо. Особенно Наташе. Устает его маленькая сильно в последнее время.

Они снова были в их таежном доме.

Теперь это не только его дом.

Но по-прежнему его территория, за которую он отвечает.

И где дышится совершенно иначе. Свободнее. Легче.

А ещё именно здесь они познакомились с Наташей. Воспоминания о том дне никогда не исчезнут из памяти Федора, сколько бы десятилетий ни прошло.

Испуганная, невероятно вкусно пахнущая девочка, от вида и запаха которой сносило напрочь крышу.

Обнаженная…

Он помнил её. Всю.

Наташа первой проявила инициативу и выступила с предложением переехать в провинцию. Провинция! Он долго подтрунивал на истинной, как она щепетильно назвала ту глушь, где его предки когда-то обосновались и построили дом.

Они сказали — здесь место силы.

Они не ошиблись.

Рано или поздно каждый из них возвращался именно сюда.

Федор окончательно передал Алану правление корпорацией. Оставил себе пакет акций. Чтобы в будущем, когда придет время его дети вернулись в большой бизнес.

Темная фигура отделилась от крыльца и появилась в зоне обозрения Федора.

Басур. Он тоже наблюдал за своей волчицей.

Тот ещё собственник. Похлеще Федора. Никуда свою Лилию не отпускал без присмотра. Особенно в этот мир, где Лилия ни разу не была до встречи с Натой.

Федор поднял руку в знак приветствия. Басур сдержанно кивнул и снова посмотрел в сторону леса.

Гости — это хорошо. Ната безумно обрадовалась, когда Лилия связалась с ней и попросила разрешения приехать навестить их на пару дней. Конечно, они с радостью согласились. И Наташе полегче будет.

Послышалось кряхтение, на которое Федор отреагировал молниеносно.

Метнулся к кроватке и поднял на руки Тараса.

— Тихо, тихо. Не разбуди братика, — мужчина посмотрел на вторую кроватку, где сладко посапывал Тимур. — Дайте маме ещё немного побегать.

И словно услышав его слова, рядом с лесом раздался громкий вой.

КОНЕЦ