Книга Его личная звезда. Дилогия, страница 126 – Марина Кистяева

При мысли, что с Богданом может что-то случится, неприятно заныло в груди. Всё же смерти она ему не желала. Теперь, как ни крути, она была его парой и, чего греха таить, быть в союзе с ним оказалось не столь мучительной участью, как она себе нафантазировала. Стараясь не думать о плохом, Ирида осторожно шла по длинному коридору с ответвлениями через каждые два-три метра.

Что напрягало - так это тишина. Абсолютная. Если бы на лайнер напали, слышались бы звуки борьбы, тот же гомон нападавших, их ликующие крики в случае победы. А здесь... Ничего. Краем сознания Ирида понимала, что это странно. Очень. И чем дальше она шла, тем сильнее в ней крепла надежда, что всё не так печально, как она предположила.

Первая кровь отрезвила и разрушила её только что всколыхнувшуюся надежду. Крови было немного. Несколько размазанных полосок на серой стене. Ирида сглотнула и заставила себя пойти дальше. Коридор закончился резко, свернув направо и выведя её в большой зал, предназначенный для совещаний или проведения празднеств.

Что бросилось в глаза сразу же, как только она свернула - два пилота, связанные парализующей светящейся нитью. Они сидели на полу с застывшими глазами. Ирида едва на них не натолкнулась и, увидев, испуганно ойкнула. Хотела кинуться развязывать, когда услышала холодное:

— Стой и не совершай лишних движений.

Богдан.

Волна облегчения обрушилась на девушку, даже не видя его. Жив. Он жив.

На этот раз она послушалась и очень медленно оторвала взгляд от связанных пилотов.

Лучше бы она этого не делала.

А ещё лучше - осталась бы в спальном отсеке, как ей велел Славинский.

Так нет же... треклятое женское любопытство, наложенное на беспокойство за свою судьбу и судьбу других людей, толкнуло её на очень опрометчивый шаг.

Она увидела тех, кого никогда, ни при каких обстоятельствах не должна была видеть.

Если бы Ириду спросили, кого она больше испугалась, и чей вид сильнее поверг её в шок, она бы не ответила. Просто не смогла. Потому что не поняла.

Перед ней стояли Чужие. О, да, она оказалась права в своем предположении.

И стоял Богдан. В том виде, от которого холодные мурашки пошли по спине.

Чужие были выше любого аромца, выше латунцев, не менее двух с половиной метров. С бледно-серой кожей, казавшейся очень толстой, с полной отсутствием какой-либо растительности, с лысыми морщинистыми черепами и приплюснутыми расплывчатыми лицами. Такое ощущение, что все выступы и углубления на лице им просто сравняли, сгладили - нос, глаза, губы, все на одном плоском уровне. И Чужие были без одежды, лишь серые плащи накинуты на плечи. Отсутствие одежды позволяло увидеть мощные натренированные (или данные от Природы?) тела и... никаких признаков половой принадлежности.

Но и Чужие не шли ни в какое сравнение с Богданом. Он сохранил человеческие черты, Ирида без проблем узнала его. Но... он изменился. И сильно. Стал выше - под стать Чужим, плюс, его тело раздалось вширь, мышцы бугрились, грудная клетка увеличилась едва ли не втрое, черты лица заострились. И это было не все. Тело Богдана покрывали тонкие железные пластинки.

Неужели Богдана Славинского превратили в киборга?

— Богдан.

Ирида выдохнула его имя и замерла.

Убегать, скрываться было бесполезно, если бегство было бы выходом, Богдан отдал бы соответствующее распоряжение. Он же сказал не делать резких движений. Лазер он держал опущенным, точно бесполезную пустышку. Стоял он таким образом, что видел и Чужих, и Ириду.