Книга Его личная звезда. Дилогия, страница 7 – Марина Кистяева

Хватит им и одного черного пятна на их репутации. И как ни выводи ту черноту, каких сил только не прикладывай, ничего не получится, след - пусть блеклый, пусть расплывчатый - останется навсегда.

Но новый айростен хотелось очень. До дрожи. Особенно если учесть, что в основном на нём летала Ирида. Вот такой парадокс наблюдался в их семье - Стас терпеть не мог водить технику. Ни в какую. Предпочитал ходить пешком, если путь был близкий. Если дальний - ждал Ириду. И лишь в крайних, не терпящих отлагательства случаях, садился за управление сам.

— Послушай, но ты же гений техники, - посмеивалась над ним Ирида, в очередной раз выслушивая маршрут, по которому требовалось доставить брата.

— Гений наземной техники, - уточнял Стас, не опровергая её слов, - а всё, что летает - не моё.

— Но, Ста-а-ас, - Ириде нравилось его дразнить.

— Сестра, отстань. И давай собирайся, мы уже опаздываем.

И так изо дня в день. Но последнее время их старенький айростен всё чаще и чаще стал подводить. Не долог тот час, когда он окончательно откажется запускаться, и что тогда они будут делать? Разъезжать на такси - не вариант. Ходить пешком - тем более.

Из груди Ириды вырвался тягостный вздох. Если она не прекратит думать о плохом, то окончательно раскиснет. Так нельзя. Надо думать о хорошем, о приятном.

Её взгляд скользнул по подземной парковке и невольно задержался на черном обтекаемом "монстре" - новой модели айростена, которую она видела впервые, хотя периодически и просматривала новинки. Сердце глухо ухнуло. Такого красивого и, несомненно, очень быстрого она еще ни разу не встречала ни в небе, ни у клуба, ни на стоянке у супермаркетов.

Не сталкивалась с подобным монстром и на своей подземной стоянке.

Вывод напрашивался сам - уж не Богдану ли Славинскому он принадлежал?

* * *

— Что будешь пить?

— Алкоголь оставим на вечер.

— Даже так? - хмыкнул Стас, отрывая встроенную в стену дверцу шкафчика и доставая кофе.

— Даже так.

— По-прежнему черный кофе с корицей? Вкусы за четыре года не изменились?

— Вроде бы нет, - Богдан с улыбкой пожал плечами.

Приятно, черт побери! И досадно. Почему родная мать не могла вспомнить, какой кофе предпочитает пить её сын, когда он вчера наведался к ней, а друг - без проблем?

— Тогда и себе такой же сварганю.

— Давай.

Богдан опустился на барный стул (барной стойки на кухне не наблюдалось) и с ленцой принялся наблюдать, как его друг заливает в кружки кипяток.

Друг?

Что-то царапнуло на душе.

Друг.

— Так что там с вечером? - Стас щедро плюхнул им по ложке корицы.

— Собираюсь взять тебя в плен и заставить показать мне ночной город. Злачные места и интересные заведения.

Стас поставил перед Богданом две дымящиеся кружки и сел напротив.

— Ты издеваешься?

— Нет.

— Слушай, Славинский, или у тебя память отшибло, или ещё что-то. Но ты мне вот что скажи: когда это я шлялся по злачным местам? Я же тихоня-очкарик, ботаник, мать её етить, - Стас говорил про себя с легкой иронией. И на то были причины.

Никто бы не назвал его ботаником, не узнав поближе. Метр девяносто, широкоплечий, с развитой мускулатурой. Причем, стоило Стасу чуть-чуть попотеть в спортзале, как лишний жирок тотчас сходил на нет, а на его месте образовывались приятные кубики или оформлялись мускулы на зависть другим атлетам, потеющим под штангой и день, и ночь.