Книга Одержимый, страница 77 – Марина Кистяева

— Нет, а надо? – беззаботный тон давался Валентине с ещё большим трудом. Её сердце сжалось в ожидании ответа.

Одно дело, когда Сергей возвращает ключи от съемной квартиры, и совсем другое дело, если он попросит ключи от их дома в Радужным.

— Этот дом – твой, – мужчина не смотрел в глаза девушки. Он, чтобы чем-то занять себя, схватил махровое полотенце и принялся вытирать пот с груди и спины.

Последнюю реплику мужа она решила оставить без комментария. Они ступили на опасную стезю, а Валя приехала не для того, чтобы выяснять отношения.

— У меня к тебе есть разговор, Сереж.

— Подождешь пока я приму душ или поговорим сейчас?

Воображение Валентины живо нарисовало картину, как Сергей принимает душ, и её тело невольно откликнулось. Соски напряглись, и низ живота сладостно заныл. Кровь прильнула к щекам! Только не это! Сергей не должен почувствовать её желание! Хотя кого она обманывает, у альфы было сверх чутьё.

После того, как к Вале вернулась способность регенерировать, повадки волчицы заявили о себе с удвоенной силой. И главный инстинкт зверя требовал от неё, чтобы она получила своего самца. Валя ещё не перекидывалась, ждала полной луны, но каждый раз с радостью замирала, прислушивалась к ощущениям, когда волчица давала о себе знать.

— Давай… сейчас, – опустив голову, сказала Валя, чтобы скрыть пылающие щеки.

Сергей прищурил глаза и почувствовал, как кровь прильнула к члену. Его тело отозвалось на желание волчицы, а зверь внутри зашелся в истерике, требуя немедленного удовлетворения.

— Говори, – сделав над собой усилие, сказал альфа.

Он стоял в паре метров от Валентины, счел, что это будет самым безопасным расстоянием для них обоих.

Если подойти ближе – не сдержится.

— Видишь ли…, – Валя перевела дыхание и постаралась сосредоточиться на деле. – У нас в реабилитационном центре появился мальчик. Его родителей убили, он остался один. Мальчик на фоне трагических событий перестал говорить, замкнулся в себе, с ним требуется особая работа.

Сергей кивнул.

— Для подобных случаев и созданы такие центры.

— Да.

— Ты хочешь, чтобы я оказал материальную помощь центру? Как-то посодействовал? – Сергею не терпелось завершить разговор, поэтому он перебивал Валю, не позволял ей высказать мысль до конца.

— Не в деньгах дело, Сережа. Как только я увидела мальчика, я поняла, что он наш.

Последние слова заставили насторожиться альфу.

— То есть – наш?

— Он оборотень, Сереж. Маленький волчонок. Он никак не может приспособиться к общению с другими детьми, потому что чувствует, что они другие, чужие ему. Держится особняком, не желает идти на контакт.

— Вот как…

То, что маленький оборотень оказался один в большом городе, было нонсенсом. Об этом должны были сразу доложить смотрящие за городом люди из стай. Из каждой стаи выделялись люди, которые наблюдали за событиями в Новосибирске.

— Ты знаешь, из какой он стаи?

— Нет, Сереж.

— И никто к нему не приходил?

— Нет. У меня возникла мысль, что, возможно, они были приезжими или из тех, кто пожелал покинуть стаю.

— Родителей мальчика, говоришь, убили?

— Да. Надо думать, на его глазах, раз он замкнулся. У него сильная психологическая травма.

— Волчонок не должен расти вне стаи, тем более, в большом городе, – альфа решение принял быстро. – Я еду с тобой, для начала взгляну на мальчонка, а там посмотрим.