Книга Купленная ночь, страница 134 – Марина Кистяева

— Всегда надо поступать по-человечески. Не захоронить погибших — грех, не важно, каким Богам ты молишься.

Оставшийся путь до безымянного погоста они ехали молча. Вот, остались позади каменные усадьбы, увитые плющами и цветастыми вьюнами, ухоженные хижины местных жителей. Их коляска свернула на неширокую тропинку, что брала свое начало на склоне и витиевато тянулась к морской полоске.

Уитни, несмотря на спускающиеся сумерки, сразу увидела огороженный невысокой голубоватой изгородью погост. Аккуратные каменные надгробья.

Много надгробий.

— Можно… Можно, я одна пойду? — шепотом, выдавливая из груди слова, спросила Уитни, когда Киан помог ей выйти из коляски.

В глазах мужчины мелькнуло возмущение, перемешанное с тревогой. Но он быстро его подавил.

— Если ты так считаешь правильным.

Уитни кивнула. Более говорить сил не было.

Киан услужливо открыл калитку, пропуская девушку вперед.

Подул легкий ветерок, словно приветствуя Уитни. Девушка остановилась у первого надгробия.

«Кок. Покойся с миром».

И только прочитав надпись, Уитни с запозданием поняла, что не принесла с собой цветов. Вот же, дурочка! Это надо — забыть о цветах…

Слезы заструились по щекам. Уитни, склонившись, дотронулась пальцами до холодной плиты.

— Я приду… Завтра. Край — послезавтра. И принесу цветы…

Почему-то для неё положить цветы на могилу экипажа «Стока» стало принципиально важно.

Уитни прошла к следующему надгробию.

«Безымянный матрос 1. Покойся с миром».

И ведь не пожалели денег — каждому поставили каменный памятник.

Могилу отца Уитни обнаружила в пятом ряду.

«Капитан. Покойся с миром».

Стефани Кларисси не был капитаном, но кого сейчас это волнует?

Уитни присела на корточки.

— Здравствуй, папа.

Сказала и зажала рот рукой, глуша рвущиеся изнутри рыдания.

Кое-как справившись с эмоциями, достала из ридикюля дневник.

— Возвращаю.

Слова полились из Уитни самопроизвольно, словно некто свыше убрал заслонку. Девушка рассказывала обо всем — о том, как она скучала по нему, как прошёл её первый бал, как училась не бояться темноты. Не утаила и о своем плане, как во что бы то ни стало хотела разыскать его. Не забыла она и о тетушке. Вспоминала некоторые казусы, связанные с ней.

— Она хорошо обо мне заботилась.

Пришла очередь рассказать о Киане.

— И вот я здесь, папенька. С ним.

Слова лились стройным потоком. Чувства обретали звучание.

И вскоре пришло долгожданное спокойствие. Все метания, тревоги, призрачные надежды остались позади. Стоя рядом с надгробием отца, Уитни окончательно осознала, что Стефани Кларисси погиб. Она приняла сей факт. Позволила выплакаться, не оглядываясь на время.

— До встречи, папа, — негромко произнесла девушка, снова прикасаясь к каменному надгробию.

Киан ждал её у ограды. Всё время, что она бродила по безымянному погосту, он ей не мешал. Понимал, что в данной ситуации он будет лишним. Единственный раз чуть не сорвался и не ринулся к ней, когда увидел, как она упала на колени перед могилой отца, и как от горя сгорбились её плечи и спина.

Такая маленькая… ранимая…

На его земле.

Киан прикрыл глаза, стараясь сохранять спокойствие. Выдержка — главное. Не стоит давить на Уитни, хватит ей на сегодня впечатлений.

До безумия хотелось сжать её в объятиях, да чего греха таить — не только сжать. Поцеловать. Взять. Но Киан понимал — любовные утехи при данных обстоятельствах будут кощунственны.