Книга Финишная черта, страница 198 – Мари Милас

— Я слышу, как ты думаешь. Развлеки старушку, что у тебя на уме?

Я вздыхаю и перевожу взгляд на журчащий фонтан.

— Все еще не могу привыкнуть, что эта весна началась иначе. Каждое утро я открываю глаза и думаю, что пропустила рейс в какую-то страну, где уже мелькают сигнальные огни трассы. Это… странно.

Я приняла решение закончить карьеру, потому что пришло время сконцентрироваться на семье. В течение пяти лет мы с Лиамом разрывались между странами, мероприятиями и нашей работой. Это было захватывающе, но тяжело. Несмотря на то, что Эндрю Рассел взял большую часть обязанностей на себя, на Лиаме все еще оставалась значительная часть ответственности, связанной с титулом. Встречи с благотворительными организациями, курирование различных проектов, поддержание наследия семьи – все это требовало его внимания и времени. Мы оба понимали, что нельзя жить на пределе бесконечно.

Решение уйти из гонок далось мне на удивление легко, даже несмотря на то, что сейчас все кажется странным. Мне хотелось остановиться, чтобы уделить все свое время семье. Возможно, через пару лет, если я все еще буду в форме, мы с Лиамом вернемся к запаху шин и реву моторов, но пока что нам хочется просыпаться в одной кровати каждый день, а не проводить большую часть жизни в самолете.

Елизавета похлопывает меня по руке, а затем приподнимает подол юбки, когда мы натыкаемся на большую лужу.

— Нужно сказать садовнику, что у нас просели дорожки. Что это за озера посреди сада? – ворчит она на лужи. – Говоря о тебе, то, думаю, ты привыкнешь. Просто попробуй разглядеть и насладиться тем, что ты упускала весной, летом и осенью, пока была в постоянных разъездах. Когда ты в последний раз наблюдала за тем, как расцветают цветы?

Я вздыхаю с легкой улыбкой.

— Если честно, не помню. Не то чтобы я не замечала, что меня окружает, когда ездила по другим странам. Мы с Лиамом часто приезжаем на виллу в Италии, и там всегда прекрасно.

— Замечать и видеть – это разные вещи.

Я киваю, и мы продолжаем свою послеобеденную прогулку. Это стало нашей традицией. Впервые мы с Елизаветой пошли на прогулку за день до моей свадьбы. Я очень переживала и не находила себе места в этом огромном доме. Она взяла меня под руку, и мы пошли сажать цветы. Это оказалось терапевтически.

Наша с Лиамом свадьба прошла спустя два года после того, как он сделал мне предложение. С разрешения Аарона мы решили не торопиться. И не потому, что хотели убедиться, что подходим друг другу. Нет, в этом не было сомнений. Мы просто хотели немного пожить без лишнего внимания к нашей паре. На следующий день, после того как на моем пальце появилось кольцо, все первые полосы газет пестрили заголовками о том, что наследник Расселов собирается жениться. Журналисты не давали нам проходу. Поэтому мы не были готовы вынести еще и свадьбу. Нам не хотелось устраивать шоу, где наша любовь станет развлечением для публики. Нам обоим было важно сохранить это время только для себя – без вспышек камер, бесконечных интервью и давления ожиданий.

Елизавета, с ее неизменной мудростью, поддержала нас. Она знала, каково это – быть в центре внимания и не иметь возможности отдохнуть от мира. Ее слова запомнились мне на всю жизнь: «Настоящая любовь не требует доказательств перед толпой. Она расцветает за закрытыми дверями». Ведь именно так и произошло, не так ли? Наши чувства с Лиамом зародились и расцвели в тайне ото всех. Всегда были только мы.