Книга Финишная черта, страница 84 – Мари Милас

— Я слышу твое сердце, – тихо говорит она, прикладывая руку к моей груди. – Это нормально, что оно так бьется?

— Рядом с тобой, да.

Я перекатываюсь на спину, и мы тупо смотрим в потолок.

— Если мы только сегодня пообнимаемся под потолком, ничего страшного же не случится? – Чувствую ее взгляд на своей щеке.

Я тяжело сглатываю, потому что меня бесит тот факт, что она не может быть моей каждый день. Что у нас должны быть какие-то определенные дни под чертовым потолком. Что она готова меня обнимать только доведя себя до обморочного состояния.

— Не случится.

И меня бесит, что я эгоистично соглашаюсь на это, даже если знаю, что мне нельзя давать ей никаких надежд.

Она поворачивается на бок, обхватывает меня рукой и закидывает ногу.

— Я не хочу, чтобы наступало утро. – Ее веки трепещут.

Мое сердце готово разорваться к чертовой матери от того, что в этих словах боли больше, чем в фильме «Хатико».

— Почему? – резко выдохнув, мне удается задать вопрос.

— Потому что ты уйдешь, а мне снова придется тебя ненавидеть.

Я поворачиваюсь на бок, обнимаю ее и шепчу на ухо:

— Я не уйду, Рора.

Она тяжело вздыхает и бормочет:

— Ты это уже говорил. Страшных снов, Лиам.

Я не могу погрузиться в сон, как бы ни пытался. Аврора мирно сопит у меня на груди, а моя рука снова и снова поглаживает ее оголенную поясницу. Спасибо пижаме, которая задралась и подарила такую возможность. Я стараюсь дышать ровно, но каждый вдох дается так тяжело, словно на меня рухнул небоскреб. Дело не в Авроре, лежащей на мне почти всем своим весом. Она ощущается почти невесомой, намного лучше любого одеяла. Вся проблема в ее последних словах. Они давят на меня. Стоит мне закрыть глаза, и я переношусь в тот день, когда впервые сказал ей: «Я не уйду».

Аврора бежит к моей машине в гоночной куртке, под которой футболка с изображением спящей красавицы, показывающей средние пальцы. Ее короткая юбка подскакивает, открывая бедра в черных колготках и испытывая мою выдержку на прочность. За последние три месяца я стал чемпионом в соревнованиях по самообладанию. Иногда случаются осечки. Например, когда Аврора стоит слишком близко и смотрит на меня своими глазами, в которых пляшет вечный вызов и искра, проникающая глубоко внутрь меня и разжигающая пожар. Но я не позволяю себе ослабить контроль, как в день ее выпускного. Тот вечер был настолько взрывоопасным для моего рассудка, что мне не удавалось думать ни о чем, кроме Авроры Андерсон.

Было слишком много причин, почему о ней нельзя думать. Начнем с того, что она младше меня на семь лет, а закончим тем, что я не могу проявлять к ней симпатию, давая надежду на будущее, которое никогда не смогу воплотить в жизнь. Черт, не так давно я опять просматривал список претенденток в жены.

О чем может идти речь?

Но ты все равно каждые выходные здесь, идиот. С каждым днем ты сближаешься с ней и не можешь этому сопротивляться.

Это притяжение – то, что я не могу побороть. Но усердно стараюсь подавить в себе каждую чертову эмоцию по отношению к Авроре, от которой я, кажется, без ума.

Мне нельзя, просто нельзя впустить эту юную девушку в свой жестокий мир, полный осуждения и правил. Нельзя влюбляться в нее. Но я делаю это и не могу остановиться.

– Ну привет, Ваша Светлость, – говорит Аврора, запрыгивая в машину. Ее летящая юбка приподнимается, открывая мне вид на длинные ноги. Мои глаза задерживаются на них. Аврора сразу же поправляет юбку, прижимая ее ладонями.