Книга Зажигая звезды, страница 111 – Мари Милас

Все эти мысли крутятся в моей голове, когда я отталкиваю с пути своих компаньонов, чтобы пробраться к краю ложи. Из-за спины Лиама выходит девушка. Невысокий рост. Темные волосы.

Это не она. Это не она.

Я не вижу лица, потому что ее голова опущена. Мне открывается вид на фигуру, когда она встает под софит. Ключицы – первое, за что цепляется мой взгляд. Я знаю их изгиб лучше, чем дорогу домой. Ощущение ее кожи до сих пор живет на моих пальцах.

Агрегатное состояние крови в организме резко начинает меняться. Тело каменеет. В груди становится тесно, и я потираю область сердца, артерия которого готова разорваться от перенапряжения. Паника протаптывает тропинки внутри меня.

Девушка поднимает голову, и я вижу лицо, которое последние шесть лет приходило ко мне лишь во снах.

Бель.

Она выходит из пятна ослепляющего ее софита, и время останавливается. Фундамент трескается. В моей груди взрывается множество искр, когда ее взгляд находит меня.

Аннабель

— Аннабель, скажи Ножке про Бриттани и ее звезду во лбу. Он не станет с этим мириться, – ворчит Лиам, когда мы выходим на сцену на занятие по па-де-де.

Ножка – наш балетмейстер, и нет, это не его настоящее имя. Он Ножка, потому что его любимое слово «ножка». Мое колено постоянно дает о себе знать, и это ни разу не ускользнуло от внимания преподавателя.

«Аннабель, ваша правая ножка сегодня перепутала себя местами с левой».

«Лиам, поверните ножку своей партнерши, чтобы она наконец-то стала частью ее тела».

«Я думаю, вашу ножку следует ампутировать, раз она существует отдельно от вас».

Все это мы слышим на протяжении шести лет. Я прекрасно осознаю, что моя карьера балерины не будет успешной из-за травмы, но мне нужна эта роль, чтобы поставить финальный аккорд. Мое направление в магистратуре – «Педагогика хореографии». И это лучше, чем навсегда отказаться от балета. Лиам выбрал «Продюсирование хореографического искусства», которое на самом деле отлично подходит ему. У него иной взгляд на вещи, не такой прямолинейный, как у меня. Валери обучается на одном направлении со мной, только вот складывается ощущение, что ей совсем это не нравится. Иногда я задумываюсь, а нравится ли ей вообще балет? Мы могли бы не идти в магистратуру и уже блистать на сценах лучших театров мира, но, видимо, каждый из нас преследует свои цели. Когда я решила продолжить обучение, то знала и давно приняла тот факт, что педагогика – мой единственный выход продолжать жить балетом, но при этом не доводить себя до инвалидности.

Наш преподаватель странный, но очень справедливый, поэтому предложение Лиама может иметь вес. Но…

— Лиам, я не буду этого делать. – Софит светит мне в лицо, поэтому я прерываюсь и морщусь. Лиам встает спиной к залу, загораживая свет, чтобы мне удалось продолжить. – Я все еще чувствую, что место здесь досталось мне не по праву. Мне…

— Аннабель, нельзя давать спуску этой сучке! – восклицает Валери. – Ты можешь уже наконец-то угомониться и принять тот факт, что иногда Вселенная сыпет нам на голову немного волшебной пыльцы, которая улучшает нашу жизнь?

Лиам смеется над ее экспрессией, но прячет улыбку, когда по залу раздается голос Ножки и хлопок в ладоши. Мы выстраиваемся на перекличку, но продолжаем шептаться, как какие-то сплетники.