Книга Зажигая звезды, страница 153 – Мари Милас

— Ты бы хотела вернуться в Бристоль?

Бель прищуривается, крадет мою картошку фри, которую мы только что купили в фудтраке, и медленно пережевывает.

— Не знаю… наверное, – неуверенно отвечает она. – Я не возвращалась туда, потому что боялась больше не выбраться. Хранящиеся там воспоминания слишком сильны. Меня пугало, что если я вернусь, то опять окажусь в оковах отца. Но сейчас, – Бель пожимает плечами, – это кажется глупостью. Я сама решаю, какие оковы мне надевать.

Ее ответ удивляет меня, а точнее, то, как расслабленно она об этом говорит. В ней нет беспокойства и нервозности прошлого. Она не прикусывает щеку, не перебирает пальцы рук, как было всегда, когда разговор заходил об отце.

— Ты изменилась.

— Нет, я просто стала собой. Не знаю, в какой именно момент, но, как бы смешно это ни звучало, без несчастья счастье не обрести.

— Ты счастлива?

— Да, – незамедлительно отвечает она, и уголки ее губ слегка приподнимаются. – Я никогда не была несчастна из-за травмы колена, ведь продолжала танцевать, даже когда боль была слишком сильной. Будет ли воплощена моя мечта на сто процентов? Нет, но я могу сделать что-то более ценное: помочь воплотить мечты этих детей. Никогда мне не приходилось страдать оттого, что у меня нет возможности иметь ребенка. Это волнует меня, не отрицаю, но не делает жизнь невыносимой. Так что все твои аргументы и доводы, которые ты приводил мне в больнице, оказались абсолютно глупы. Единственное, из-за чего я была несчастна, – из-за жизни без тебя. Но теперь… да, я точно счастлива.

Я жду, когда у меня появится привычное давление в сердце, когда воздуха станет слишком мало, но ничего не происходит. Единственное, что трогает струны души, – это то, что моя ошибка стоила нам шести лет.

— Прости меня.

— Не извиняйся, – отрезает Бель и проводит своими солеными от картошки пальцами по моим губам. – Возможно, это нужно было нам обоим, чтобы понять, кто мы на самом деле и для чего живем эту жизнь.

Я облизываю ее палец, и она запрокидывает голову в искреннем смехе. Бель великолепна в лучах оранжевого солнца. Но и в каплях от дождя она не менее прекрасна. Слеп ли я к ее недостаткам? Нет, просто она мне нравится любой, с плохим настроением или яркой улыбкой – не имеет значения.

Я кладу ладонь ей на поясницу и притягиваю к себе. Провожу носом по ее шее, дыша только ею. Бель выпускает воздух со звуком удовлетворения, и хоть мое сердце пробивает ребра от эмоций, я чувствую покой. Дом.

— У тебя были отношения? – спрашивает Бель, когда мы идем вдоль набережной.

— Это сложно назвать отношениями, – честно отвечаю я. Мне нет смысла скрывать, что я спал с другими женщинами. Как и ей тоже. Все эти годы я хотел, чтобы она двигалась дальше. – Были женщины, которые флиртовали со мной, и я старался им отвечать. Но моя гримаса все портила. Были женщины, которые улыбались мне, и я пытался послать улыбку в ответ. Но мешал скрип зубов. Поэтому… у меня были только сексуальные связи, которые не приносили ничего, кроме утоления потребностей организма. Мой первый секс был спустя три года, и я потом еще час пытался смыть с себя прикосновения чужих рук.

Бель откашливается, прежде чем хрипло заговорить:

— У меня тоже толком не было отношений. Были те, кто ухаживал за мной, но меня раздражало абсолютно все. Начиная с манеры речи и заканчивая внешним видом.