Книга Зажигая звезды, страница 166 – Мари Милас

Я провожу в Бристоле почти целый день, помогая папе и решая некоторые вопросы с медсестрой по поводу его здоровья и поведения. Она минут пятнадцать жалуется на то, что он невыносим, и мне остается молча кивать. Складывается ощущение, что я родитель, чей ребенок плохо вел себя в детском саду.

Прежде чем покинуть город, мне требуется заехать в еще одно немало важное место. Не знаю, понравится этот сюрприз Бель или нет, но попытаться стоит.

Я стучу в знакомую с детства дверь и даже немного нервничаю. На пороге появляется человек, которого мне хочется видеть меньше всего. Но я все равно протягиваю руку, здороваясь с ним:

— Здравствуйте, мистер Андерсон.

— Ты, – безэмоционально произносит он твердым тоном.

— Я.

Я достаю из кармана билеты на благотворительный вечер и протягиваю ему.

За спиной отца появляются мама и сестра Бель. При виде меня на лице Авроры появляется улыбка. А Виктория, ахая, прикрывает ладонью губы. Аврора стала намного взрослее, и кажется, что она выглядит в свои восемнадцать почти так же, как Бель сейчас. Ее рост выше, волосы подстрижены в каре, но на лице сохраняется все то же хитрое выражение, что в детстве.

— Здравствуйте, Виктория. Привет, Аврора. – Все еще держа протянутые билеты, я перевожу взгляд на отца. – Вы нужны ей. Все вы. – Я вкладываю билеты ему в руку и разворачиваюсь, чтобы уйти.

На днях Бель сказала, что мама и Аврора не смогут приехать. Хоть она и пыталась делать вид, что не расстроена, я знаю ее слишком хорошо, чтобы ей удалось это скрыть. Ей важно, чтобы они были рядом. Каждому из нас нужна семья, даже если она неидеальна.

— Она простила тебя? – тихо спрашивает ее отец.

— Да, но я не собираюсь принимать это как данность. Ваша дочь необыкновенная, и мне придется изо дня в день трудиться, чтобы соответствовать ей. Возможно, вам тоже стоит попробовать вернуть ее. Только сделайте одолжение: не садитесь в первый ряд, вы еще этого не заслужили.

Я возвращаюсь к машине и еду на наше место. Ни одна моя поездка в Бристоль не обходится без этого. Возможно, это тот самый источник силы и единения душ. Я делаю фотографию Клифтонского моста и отправляю Бель. Она уже должна была вернуться с работы.

Сигнал телефона уведомляет меня о новом сообщении.

Бель:

Пишу тебе в блокноте: «Я скучаю».

Я:

Отвечаю тебе в блокноте: «Я тоже».

Бель:

Когда ты поедешь домой?

Я:

А где мой дом?

Бель:

В Лондоне у тебя их два. Выбирай.

Я:

Там, где ты.

Бель:

Опять будешь ночевать в моей-своей ужасной квартире?

Я:

Там теперь новые окна. С тобой я бы ночевал даже под камнем.

Бель:

Говорят, там душновато, поэтому давай остановимся на кровати. Я жду тебя. Прямо в ней.

Проходит несколько секунд, и она добавляет:

Бель:

В твоей футболке.

Ее образ сразу проносится в моем сознании, заставляя представлять разбросанные волнистые волосы на подушке, изящную хрупкую фигуру и взгляд, который видит меня насквозь. Эти мысли принуждают меня закрыть глаза, чтобы полностью нарисовать образ Бель. В моей футболке. На кровати.

Черт. Мне срочно нужно домой.

Аннабель

Мне кажется, уровень моей тревожности достигает апогея в день благотворительного спектакля. И нет, я даже не переживаю за свое колено или за то, как мы выступим с Лиамом. Мое волнение целиком и полностью сосредоточено на каждом ребенке, находящемся под моим крылом. Они так верят и доверяют мне, что я обязана дать им самую лучшую поддержку. Безусловно, есть некоторый трепет из-за того, что наконец-то сцена примет меня. Пускай ненадолго, всего на одно выступление, но это то, о чем я даже мечтать не могла шесть лет назад, когда лежала с раздробленной ногой.