Книга Не та героиня этой дорамы 1, страница 66 – Дада Смехова

Плеть?

Дартс для отработки меткости?

Или..

Извращенка.

Но он открыл коробочку — и внутри оказалась не плеть, не нож и даже не браслет рабынь.

Нет.

Он досталшпильку.

Красивую. Дорогую. Усыпанную жемчужинами.

Точно такую же, как сегодня подарил Лизке первый принц.

У них там склад этих шпилек?

Скидка по акции «Приведи избранницу — получи аксессуар»?

И зачем она мне?

По мне же видно — я не тот человек, которому дарят фамильные драгоценности.

Максимум — полено в сарае, в котором я сегодня провела полдня.

Это явно что-то важное, символичное, принцевское.

Для показухи.

Для статуса.

Для того, чтобы все, кто любит его или ненавидит его, сразу поняли:

«Вот эта девица — его».

А дальше пусть судьба этой девицы развлекает всех по очереди.

Если я сейчас это приму — всё.

Подпишусь под приговором.

Стану мишенью для всех:

придворных, служанок, завистниц, фанаток, конкурентов, врагов, налоговой, кармы и богов всего пантеона Поднебесной.

Ну что за наказание.

Вот почему именно я?

Он посмотрел на меня.

Потом на шпильку в своей руке

Потом снова на меня.

Я прямо видела, как в его голове крутится мысль:

куда бы это «эффектно воткнуть»?

Он сделал шаг ко мне — я сделала шаг от него.

И повторили так пару раз, как в каком-то нелепом танце.

— Не шевелись, — приказал он.

Да КАК ЖЕ ТЫ ДОСТАЛ командовать, мысленно заорала я, но вслух, разумеется, смиренно молчала и уже боком продвигалась к выходу из беседки, рассчитывая сбежать от него и его «подарков».

Принц поднял руку над моей головой — и опять завис.

Я даже почувствовала, как вокруг нас опустилась аура его полной парикмахерской неуверенности.

Ну да.

Я помню эту прическу.

Прическу приличной служанки.

Которую делала мне Лизка.

Которая, как и я,просто любительместной моды, а не мастер «Золотых Заколок Поднебесной».

И принц, видимо, тоже понял:

сунет шпильку — и всё, мой «шедевр» развалится, как карточный домик под дождём.

Он опять посмотрел на шпильку.

Перехватил её левой рукой.

Попробовал зайти с другого бока.

Замер.

Опять передумал.

Снова оценил мою голову, как непокорное боевое поле.

Я стояла, наслаждаясь его мучениями.

Вот просто кайф.

Редкая возможность: принц растерян, принц сомневается, принц не знает, куда воткнуть свою драгоценную безделушку.

Он же не дурак — понимает, что даже этот аксессуар не хочет к моей голове приближаться.

Ну НИКАК мы не совместимы.

И чем дольше он колебался, тем громче внутри меня росла уверенность:

«Ну давай, принц. Попробуй ещё.

Может сам поймёшь, что это плохая идея… как и мы оба».

— Ты сама делаешь себе прически? — Что за вопрос девушке?

Это он сейчас тонко намекает, что у меня на голове «авангардная инсталляция»?

Или просто хочет обидеть?

— Сегодня мне её высочество принцесса помогала, — сладко улыбнувшись, добила я его.

Ну давай, принц, скажи теперь что-то про мою прическу.

Попробуй.

Только попробуй.

— Правда? — недоверчиво протянул он.

И так подозрительно прищурился, будто я призналась, что мне волосы заплетал сам император, лично, вручную.

Он аккуратно положил шпильку обратно в коробочку.

Потом неожиданно взял мою правую руку — ту самую, которую я чисто инстинктивно спрятала за спину — выдернул её наружу и вложил коробочку мне в ладонь.

— Завтра наденешь. Поняла? — сказал он и посмотрел прямо в глаза.