Онлайн книга «Восхождение»
|
Вижу, как идет процесс творения, вижу, что он продолжается вечно. Создание, совершенствование, постоянная работа – так изобретатель постоянно корпит над своими поделками в мастерской. Но… сколько же крови! Так много крови… III Я вывалился из вращающегося портала и вновь очутился на горе. Было темно. Дышалось здесь легко, и воздух казался довольно чистым. Вряд ли меня занесло к самой вершине, решил я и завертелся на месте, разыскивая остальных. Они ведь точно прыгнули в сердце гиперкуба вместе со мной, но я никого не видел – лишь бесконечные скалы и лед, подсвеченные тускло мерцающими звездами. Я не нашел поблизости ни одной складки пространства. Откуда же я вынырнул? Меня словно бесцеремонно сбросили по пути, не доставив до пункта назначения. За спиной послышался звук, и я обернулся. По склону неторопливо поднималась неясная фигура. — Гарольд? — Томас? Глаза у него ввалились, лицо осунулось. Шел он тяжело, будто нес на себе нелегкий груз. Ни шапки, ни балаклавы – его черные волосы трепал ветер. — Что вы здесь делаете? – спросил Томас. — Вы ведь умерли, – пробормотал я. – Умерли, я сам видел. — Да, – кивнул он. – Да, наверное, так и есть. Я оглянулся. По-прежнему никого… Ветер, снег, пустота, звезды. — Где мы? В каком времени? Томас улыбнулся и многозначительно кивнул. — Вы всегда были человеком проницательным, Гарольд. — Я… я тоже умер? Это загробный мир? Рай или ад? — Боюсь, простого ответа на ваш вопрос нет. Вероятно, в некоторых культурах это место восприняли бы как рай. Возможно, оно и породило саму идею существования рая. А вы не мертвы. Пока нет. – Томас нахмурился. – Вам здесь делать нечего. — Но вы-то, вы-то мертвы? — Умерло ли мое тело? Да, пожалуй. Сомневаюсь, что я тот самый Томас, которого вы знали. Это место… – Он повел рукой, указывая на окружающие нас горы – бесконечные, пустые и безжизненные. – Это место существует не только в вашем времени, а во всех временах одновременно. Знаете, будто смотришь на прямую линию сверху и видишь все ее участки. Вот здесь я мертв, а вон там – жив. Каждый момент нашей жизни лежит на этой линии, и все они одинаково реальны. Поднялся ветер и, закружив снег у наших ног, взметнул его легкой пыльцой в воздух. — Я видел вас во время бури. Почему вы бродили вокруг нашего укрытия? Томас встал на колени, поднял с земли пригоршню снега и, разжав пальцы, позволил ветру его унести. Я заметил, что перчаток на нем нет. — Я часть этого места, как и все, кто в вашем мире уже умер. Тем не менее они живы – в ином пространстве и ином времени. Они остаются здесь, в точке, существующей во всех временах. Я глубоко вздохнул. Слова Томаса меня растревожили. — Вы говорите, все умершие?.. Смогу ли я их увидеть, если останусь здесь? Увижу ли… его? Он нахмурился и покачал головой. — Нет, нет. Вам это не нужно. Если вы задержитесь, то уже не сможете вернуться обратно, точно так же, как и я. Я гору покинуть больше не могу, но вам тут пока задерживаться ни в чему. Пока… Стянув балаклаву, я не ощутил ни тепла, ни холода. Место было мертвым: ни звуков, ни движения – один только ветер. — Знаете, почему Сизиф толкает камень в гору, хотя понимает, что всякий раз придется начинать все сызнова? – спросил Томас. Примерно то же самое перед смертью говорил Джон, и его слова донеслись до меня эхом сквозь время и пространство. |