Книга Искатель, 2010 №2, страница 56 – Михаил Федоров, Федор Зуев, Владимир Соколов, и др.

В квартире была одна маленькая неприятность — клопы, но выгнать их к соседям — сущий пустяк, говорил Альберт. У него для этого есть какое-то народное средство. По завершении «рабочего дня» знакомство продолжилось в ближайшей шашлычной, куда они, уже веселые, отправились поужинать... Домой Дмитрий вернулся за полночь.

Павел приехал раньше, чем предполагалось, его жена с дочкой задерживались в Крыму. В отпуск он уходил принципиально после возвращения супруги.

— Чем меньше видимся, тем крепче любим, — говорил он. — А вам, молодые люди, для начала нужно определиться и наметить курс дальнейшего следования в вашей жизни. Кармен — как молодой, независимой и совершеннолетней девушке, имеющей каталонское происхождение по матери и, соответственно, право выезда на ПМЖ на землю своих предков к, возможно, проживающим там дальним, а может быть, и близким родственникам, — необходимо подать заявление в испанское посольство, предъявив метрики покойной матери. А вот с запросом по поводу дальних или близких родственников я вам постараюсь помочь. Не затягивайте этого дела и с завтрашнего дня начинайте его двигать.

Кармен выразила слабый протест по поводу того, что никогда не бывала в посольствах, и вообще с этими делами тоже никогда не сталкивалась.

— Ничего, — успокоил ее Павел, — все с этим прежде никогда не сталкивались, но тем не менее выезжают. Берите пример с наших евреев, они уезжают в Палестину, то есть нынешний Израиль аж через две тысячи лет, а у вас, девушка, всего-то сорок лет назад в Испании проживали родственники, и сейчас, возможно, родня имеется, так что не унывайте.

Второй аргумент Кармен заключался в том, что Дмитрий все будни будет находиться на работе, а ей одной разъезжать по городу немного боязно.

— Ничего, никто тебя не съест, а впрочем, пару дней я могу вам подарить. Думаю, с моим сопровождением никакая сволочь на тебя не покусится.

Так они и порешили, и уже на следующее утро, усадив Дмитрия и Кармен в свою новенькую белую «Ниву», Павел начал выполнять свое обещание. Довез Дмитрия до его строительной площадки, а далее они с Кармен отправились в испанское посольство. Дмитрий был благодарен Павлу за его участие и поддержку, но все же червь ревности все время точил его голову дурацкими вопросами: «А почему не я?» И тут же отвечал: «Да потому, что ты не Павел и у тебя нет ничего из того, что есть у него, и вообще огромное спасибо ему за помощь!»

Не знал Дмитрий, что Павел отдал бы все, что у него есть, только за то, чтобы поменяться с ним местами... За два последующих дня он и Кармен сделали очень много. Деловая хватка профессионала, отличный английский, а также разговорный испанский и итальянский языки открывали настежь любые посольские двери. А статус бывшего консула Шпицбергена позволял на равных говорить с чиновниками посольства. Все необходимые бумаги он отписывал на английском языке, свое отношение к Кармен он объяснял родственной связью. Под давлением Павла ее собственный непутевый отец за пятнадцать минут и две бутылки «Московской» написал Кармен отказ на родственные притязания и дал разрешение на выезд из страны на ПМЖ. Кармен была поражена деловой хваткой этого коренастого, всегда улыбающегося, с красивой проседью, сорокалетнего «морского волка».