Книга Роковая ошибка мистера Куина, страница 8 – Бенедикт Браун

— Ну что?

— Ничего, Мариус, – ответила мама, но сдержаться не смогла, и ей пришлось, чтобы не рассмеяться, посмотреть на золовку.

Я повернулся к тете – она всегда была самой разумной из этой троицы.

— Тетя Элль, скажите, что вас так насмешило?

Она предсказуемо повернулась к мужу, а тот отреагировал уверенным смешком.

— Ни о чем не волнуйся, мой мальчик. Мы просто считаем, что важно не бояться собственного прошлого. Здорово, что ты наконец-то съездишь домой.

Его выдал голос.

— Вы хотели бы поехать со мной?

Пенсионеры-заговорщики переглянулись, и я понял, что не ошибся.

— Если ты не против, – быстро ответила мама. – Было бы здорово снова увидеть деревню, да и дом мы зря так надолго оставили без присмотра.

— Верно-верно. – Дядя Стэн не пытался скрыть, насколько он доволен. – Мы все время будем прибираться в доме и даже не попадемся тебе на глаза.

— Может, мы навязываемся? – Элль обратилась к остальным. – Он будет так занят, а там всего две спальни.

Пока они не успели разочароваться, а Перси завыть, я решил прекратить их мучения.

— Конечно, вы можете поехать со мной. С вашей поддержкой будет проще. Да и Белла сказала, что я могу остановиться у нее, если понадобится.

Стэн хлопнул в ладоши, будто мир снова вернулся на пути своя.

— Мы тебе мешать не будем, мой мальчик, честное слово. А теперь расскажи мне о письмах. Звучит как-то очень страшно. Ты знаком с девушками, которые получили угрозы?

Этот вопрос заставил меня задуматься не только о Люсинде, но и о ее двоюродных сестре и брате, а также всех ровесниках, которых я знал в Хёртвуде.

— И неплохо, – ответил я полуправду. – Мы ходили в одну школу. Джеймс Хитон долго был моим лучшим другом, а Люсинда и Тилли хорошо общались с Беллой, хотя она, конечно, дочь герцога, а они…

Я замолчал, потому что упоминать о дурной репутации семьи Хитон было бы бесчестно с моей стороны. Видимо, с этой мыслью я ушел глубоко в себя, потому что вдруг почувствовал щуп палки тети Элль на локте и вернулся к нарезке пастернака.

Стэн не был образцовым хозяйственным мужчиной, но жаркое он приготовить всегда умел. И этот ужин был прямо тем, что нужно, чтобы подготовиться… ко всему, что ждало меня впереди. Когда с едой было покончено и я свыкся с мыслью, что еще одна порция яблочного пирога в меня не влезет, в мою комнату вошла мама.

Сначала она молчала. Просто стояла в дверном проходе, наблюдая, как я делаю заметки по третьему роману, который лишь начал зарождаться в моей голове.

— Я знаю, что тебе тяжело возвращаться домой, Мариус, – сказала она, когда я наконец встал с ней поговорить. – Но бояться и правда нечего.

— Мариус Куин? Бояться? Абсурд! – Я, меля полную чушь, обнял свою дражайшую матушку. – Я прошел войну и написал как минимум один успешный роман. Мне почти оторвало ногу, а я это пережил и готов рассказать потомкам. Очень сомневаюсь, что крошечная деревня в Суррее может меня сломать, даже если там завелся сумасшедший и угрожает молодым женщинам.

Она одарила своего глупого сына улыбкой.

— Я уверена, что вы разгадаете, кто стоит за этой пакостью, но ты нервничаешь, и это нормально.

Мама еще никогда не заговаривала об исчезновении отца напрямую. В последний раз она произносила его имя много лет назад, и даже сейчас, в канун нашего возвращения домой, могла говорить о нем только обтекаемыми словами.