Книга Развод. Жалости не дождешься, страница 37 – Ева Шах

Свобода пахнет не драмой.

Свобода пахнет воздухом.

Вечером ко мне приехала Тая с шампанским и криком:

— Все! Все! Все! Я требую немедленной церемонии сожжения эмоционального мусора!

Мы открыли бутылку, смеялись, вспоминали весь этот кошмар уже как историю, которая еще недавно была моей жизнью.

— А платье? — вдруг спросила Тая.

— Какое?

— Свадебное.

Я замерла.

Потом медленно кивнула.

Мы не стали делать ничего театрального.

Не жгли его во дворе под луной.

Не устраивали ведьминский ритуал.

Я просто достала чехол из дальнего угла гардеробной, посмотрела на белую ткань — и вдруг поняла, что она больше ничего во мне не вызывает.

Ни боли.

Ни тоски.

Ни злости.

Пусто.

— Что будешь делать? — спросила Тая.

— Отдам, — сказала я. — Пусть кто-то сошьет из него что-нибудь новое. Мне оно больше не принадлежит.

Это решение почему-то оказалось важнее всех красивых символов.

Потому что окончательная победа — не в том, чтобы уничтожить прошлое.

А в том, чтобы перестать быть к нему прикованной.

Глава 36

Глава 36

Через несколько дней Марк пригласил меня за город снова.

Без повода.

Точнее, с поводом, который не нуждался в официальном названии.

Мы поехали туда же — к воде, к тихому ресторану, к темному вечернему стеклу, за которым мир выглядел спокойнее, чем был на самом деле.

Я сидела напротив него и впервые за все время не чувствовала, что между нами стоит тень Кирилла.

Это было новым.

Чистым.

Пугающе прекрасным.

— О чем думаете? — спросил Марк.

— О том, что тишина может быть счастливой, — ответила я.

Он улыбнулся.

Редко.

Настояще.

— Хорошая мысль.

— А вы?

Он смотрел на меня долго.

Слишком долго для безопасного разговора.

— О том, что я очень долго ждал момента, когда смогу смотреть на вас без мысли, что вам сейчас больнее, чем можно трогать.

У меня перехватило дыхание.

— И что теперь?

Он встал, обошел стол и остановился рядом.

— Теперь я хочу спросить вас честно.

Я тоже встала.

Между нами оставалось меньше шага.

— Спрашивайте.

Его взгляд скользнул по моему лицу — медленно, внимательно, почти невыносимо.

— Вы все еще боитесь, Полина?

Я подумала.

Очень честно.

Очень глубоко.

Да, я боялась.

Но уже не так, как раньше.

Не того, что меня снова обманут.

А того, что счастье вообще возможно после такого провала.

Что можно снова открыть сердце.

Снова довериться.

Снова захотеть принадлежать не боли, а жизни.

И все же…

— Да, — сказала я. — Но уже не настолько, чтобы убежать.

В его глазах что-то темно блеснуло.

— Хорошо, — тихо произнес он.

А потом поцеловал меня.

Не резко.

Не требовательно.

Но так, что у меня мир ушел из-под ног.

Этот поцелуй не был похож ни на один из тех, что были у меня раньше. В нем не было мужского самолюбования, спешки или желания произвести впечатление. В нем была уверенность взрослого мужчины, который точно знает, что делает. И очень долго сдерживался.

Я ответила сразу.

Всем сердцем.

Всем телом.

Всем тем новым, что успело родиться во мне после пепла.

Когда он отстранился, я все еще держалась за его плечи, будто иначе действительно могла упасть.

— Вот теперь, — сказал Марк, касаясь лбом моего лба, — можно считать, что вы окончательно вышли из прошлого.

Я улыбнулась — дрожащая, счастливая, живая.

— А если я хочу не просто выйти, а пойти дальше?