Книга Селфи с медведем, страница 31 – Оксана Заугольная

С такими мыслями не так страшно оказалось нагнуться и прижаться губами к чужому лбу. Кирилл был обжигающе горячим. Ей не показалось.

Она отшатнулась. А что, если у него температура выше сорока? Он будет бредить и умрёт у неё на руках!

— Эй! – запоздало запротестовал Кирилл слабым голосом. – Не надо меня целовать в лоб, я не покойник!

— Ты не покойник, а дурак, – вспыхнула Даша. – Я тебя не целовала, а проверяла температуру. Сейчас дам таблетку. Нет, две.

Ногу из-за лонгета было видно плохо, но даже так было понятно, что отёк не спадал.

Руки у Даши тряслись, и она чудом не уронила таблетки. В сгущавшихся сумерках было бы непросто отыскать их в траве.

— Держи, – протянула она Кириллу таблетки. – Я сейчас сделаю витаминный напиток. Горячий. Попьёшь, и потом еда.

— Я не хочу есть. – В голосе Кирилла прозвучало удивление, переходящее в панику. – Даш, почему я не хочу есть? Я умираю?

— Нет, – буркнула Даша, надеясь, что не врёт. – Ты не простывал, что ли, никогда? Температура. Есть не хочется.

— ОРЗ? – неуверенно предположил Кирилл. Даша сделала усилие над собой, чтобы не покоситься на его ногу.

— Да, ОРЗ или типа того, – уклончиво ответила она. – Не переживай, сейчас попьёшь побольше, поспишь и утром уже хорошо будешь себя чувствовать. И суп сварим завтра.

Последнее сказать было особенно сложно. Но она понимала, что то, что они могут сварить, есть надо горячим. А значит, ей придётся потерпеть.

— Завтра мне станет лучше, – повторил Кирилл. – Наверное, ты права.

Он послушно принял таблетки, и вскоре его начало клонить ко сну. Но Даша всё же заставила его выпить две кружки травяного напитка и только после этого предложила помочь забраться в палатку.

— Я не смогу спать в спальном мешке, – возмутился Кирилл. После жаропонижающих ему явно стало легче, раз нашлись силы перечить. Но проверить свою теорию, снова коснувшись губами лба, Даша не решилась. – У меня нога!

— Лучше нога, чем когда нет ноги, – оборвала его Даша. – Я помогу. Но так ты замёрзнешь и будешь сильнее болеть.

— Ты что, доктор? – воинственно буркнул Кирилл.

— Я хотя бы могу передвигаться на обеих ногах, и значит, я решаю, как кто спит.

Даша и сама не поняла, почему они наговорили друг другу гадостей. Она вспомнила селфи перед падением в овраг и то, что её вообще оставили одну на берегу. Кирилл же напомнил, что, если б не она, он бы сейчас был в организованной экскурсии на Камчатке, где реально полно медведей.

Потом Даша расплакалась. А Кирилл, сжав челюсти и нахмурившись, неловко, как больная черепаха, полез в спальник.

А вот каково Даше будет втаскивать его вместе со спальником в палатку – об этом он, конечно, не подумал. Но Даша благоразумно сказала себе, что он болен, и ворчать не стала. Зато пообещала себе торт. Целый. И ни с кем делиться не будет. Лишь бы только он был. Этот торт.

Даша допила остатки витаминного отвара и съела из него все мокрые расползающиеся ягодки. Голод немного поутих, и Даша забралась в палатку.

Она была уверена, что не уснёт. Голодная, перепуганная, злая. Но, убедившись, что Кирилл спит и дышит ровно, а его лоб уже не такой горячий, она и сама не заметила, как провалилась в сон.

Проснулась она резко, словно кто-то её толкнул. Открыв глаза, Даша столкнулась взглядом с Кириллом. Он лежал так близко, что Даша видела его лицо, несмотря на темноту. Судя по всему, ему снова стало хуже. Он вспотел, а его глаза лихорадочно блестели.