Книга Папа: миссия (не)выполнима, страница 28 – Алиса Марсо

— Отодвинься, — громко командую я, и Илья выполняет.

Несколько секунд и огонь потушен, в пододеяльнике большая черная дыра, на лице Ильи лютый испуг, а к моему обратно приливает кровь, да так, что уши начинают гореть.

Илья, видя мое состояние, считывает как агрессию и начинает плакать. Хватаю малого, прижимаю к себе, открываю окно нараспашку и без моральных сил падаю с ним на кровать.

Состояние просто пиздец. Дико хочется сорваться на сына, на Платона, на Вету… Но виноват лишь я один. Лишь я один отвечаю за своего ребенка, особенно, когда он на моей территории.

Расслабился, твою мать! На один вечер позволил себе пожить свою собственную личную жизнь и чуть не допустил горя.

Если бы был дома, ничего бы этого не произошло, но нет, я был с женщиной.

Он мой сын, мой ребенок и моя ответственность.

— Папочка, прости, я только хотел посмотреть, как горит тысяча рублей. Бумагу видел, а деньги нет, — оправдывается мой малой, а сам шмыгает носом и ревет белугой.

Отлепляю от себя сына и смотрю в глаза.

— Ты где деньги взял?

— У дяди Платона. Он сказал, бери все что хочешь и иди спать. Тысяча лежала на столе, а спать не хотелось. Я, правда, собирался вернуть. Я не знал, что она сразу вся загорится, а потом постель… Пуф и пламя.

Дверь в комнату открывается и заглядывает Платон.

— Что у вас происходит? Фу, что так воняет? — а потом брат замечает обгорелый пододеяльник и испуганно округляет глаза.

— Платон, выйди!

— Что?

— Я говорю, выйди, — произношу холодно. — Позже поговорим.

Брат молча закрывает двери, а я возвращаю внимание Илье.

— Зажигалку, где взял?

— Ну, так тоже на столе в гостиной.

— Илья, ты же взрослый парень и знаешь, что бывает, если играться спичками без взрослых. Знаешь?

— Да, — опускает лицо сын, и слезы катятся с новой силой.

— Еще и в постели. Ну, чем ты думал?

— Мне было скучно, — тихо оправдывается Илюха. — И я забыл. Прости за одеяло.

— Да, какое одеяло? — снова притягиваю к себе сына и крепко обнимаю. — Плевать на одеяло, Илья! Я за тебя испугался. Понимаешь? От дыма человек быстрее задыхается, чем сгорает в огне. Я уже молчу про пожар во всей квартире.

— Я испугался. Я не хотел. Я больше так не буду.

В затылок долбит молоток, боль расползается к вискам, меня словно высушили, высосали и наступили сверху.

Виталине даже звонить не буду, плевать, чем она занимается, задолбала швыряться ребенком, а вот с Платоном обязательно поговорю.

Это просто трешь какой-то, но я обязан контролировать все. Мать его, все, абсолютно все и даже то, что творится дома в мое отсутствие.

Как? Не знаю. И надо что-то окончательно решать с Ильей. Он не мячик, который летает, куда пнут.

Илья притихает на моей груди и засыпает, поднимаюсь вместе с ним и иду в свою комнату.

Завтра со всем разберемся, сейчас спать.

— Привет, Захар, вечером заеду за Ильей, — принимаю звонок от бывшей жены и совсем не удивляюсь ее словам.

— Нет, — отвечаю коротко, продолжая набирать текст на ноуте.

— В смысле?

— Что в моих словах непонятного, Вита?

— Все.

— Послушай, я очень занят. Ты позвонила, сказала, что заберешь сына, я сказал нет. Разговор исчерпан, остальное — это демагогия в сотый раз по кругу.

— Захар, ты в своем уме? Что значит «нет»? Я сказала, что приеду, заберу сына, значит приеду, — слышу в голосе недоумении, психую и закрываю ноут.