Книга Папа: миссия (не)выполнима, страница 38 – Алиса Марсо

Сколько мы знакомы? Совсем ничего, а кажется, уже не один месяц. Но если с ней все проще, она взрослая девочка, то с сыном не знаю, как поступить.

Как он отреагирует, что у меня есть женщина, другая, не его мать? Илюха знает, что мы развелись, но неспроста же спрашивает, можем ли мы снова жить вместе.

Для него мама и папа — это что-то неделимое, и если поспешить и познакомить с Таней, могу вызвать в нем отторжение, негатив, а этого мне точно не надо.

Как сложно мне в моей реальности балансировать между сыном и бывшей женой, и как кайфово здесь, в этой немного убогой квартире, но рядом с девочкой, которая знает смысл жизни, которая одним своим присутствием, честностью и открытостью наполняет меня силой и уверенностью, что я со всем справлюсь.

Видимо, вырубаюсь, потому что когда открываю глаза и не вижу Танюши рядом, дергаюсь, словно упустил из виду что-то бесценное и необходимое мне.

Выдыхаю, когда смотрю на мобильный и слышу шум воды в ванной. Утро, просто банально утро.

Что-то Захар ты слишком подсел на девочку, она не твой личный дофамин, она свободная личность. А так хочется приковать Таню к себе и быть рядом всегда.

Иду на кухню, жадно пью воду и слышу, что душ стихает, через время щелкает замок, и в коридор выходит Танюша.

— Доброе утро, Захар, — улыбается Таня, а у меня член в штанах снова наливается.

Издевается? Испытывает?

Она стоит такая свежая, румяная, влажные волосы раскиданы по плечам, в одном чертовом полотенце, под которым ничерта нет.

Смотрю и понимаю, что влип. Полностью и бесповоротно. Отрываю голодный взгляд от ее манящего тела и перевожу на глаза. А там… Блять… Туман. Не просто так она вышла из ванны в таком виде, зная, что в ее постели лежит мужик.

Тянусь к ней, как наркоман за дозой, хочу коснуться, вдохнуть ее поглубже. Убираю прядь волос с лица, провожу пальцами по нежной скуле и зависаю на ее взгляде, который красноречивее всяких слов.

Девочка подается вперед, и я понимаю — это зеленый свет.

Наши губы встречаются, и мир взрывается к чертям. Никакой нежности, мать ее, только жажда обладать, владеть этим созданием. Таня отвечает с не меньшим нетерпением, прижимается ко мне, трясется от собственного желания.

Она себе все уже разрешила и мне разрешила, и тот разряд, что сейчас долбит нас обоих, не предполагает никакой нежности.

Потом, все ласки и нежность потом. Сейчас я хочу лишь утолить ее жажду и свою агонию в штанах.

Шарю руками по ее телу, срываю полотенце и откидываю в сторону, кровь тут же приливает ко всем нужным органам и обнуляет предохранители.

Танюша сильнее прижимается к моей груди, не прерывает поцелуй, чувствую, что все еще смущается, но все равно останавливаться не хочет.

Подхватываю ее на руки и несу в комнату. К черту прелюдии, к черту нежности, хочу ее здесь и сейчас. Опускаю на кровать, и начинается гребаный пожар.

Целую ее везде, буквально поглощаю каждый нежный сантиметр чувственной малышки, а она стонет, выгибается, и это только подливает масла в огонь. В голове один лишь животный инстинкт, но я силой воли держу себя в руках.

Девочка дико возбуждена, чувствую это своей ладонью у нее между ног, губами, когда катаю затвердевшие сосок, понимаю по быстрому дыханию, и глазам, которые заволокло желанием.

Она сама разрешает ускориться, тянет меня на себя, закидывает на бедра ножки, и я врываюсь в нее, как голодный волк, до самого основания, до взрыва в мозгу.