Книга Кумир на мою голову, страница 71 – Марина Сергеева

— Я — Антон. Очень приятно познакомиться. Ты ведь Саша, верно? Ребята уже успели про тебя немного рассказать, — удивительно радушно тараторит он, не сводя с меня глаз и выглядя при этом каким-то чрезмерно восторженным. — А я теперь буду колесить с вами в туре. Жалко только, что он вот-вот закончится, в такой компании я предпочел бы побыть подольше.

Не улавливаю большую часть его слов, из раза в раз бросая взгляды в сторону стоящего недалеко певца.

Продолжая что-то негромко говорить Егору с Максимом, Дима делает то же самое. Смотрит на меня в ответ, при этом туда-сюда переводя внимание с меня на этого Антона.

Хмурится, демонстрируя свое недовольство, отчего меня распирает изнутри нечто огромное и теплое, распространившееся по всем нервным окончаниям со скоростью света. Вспоминаю съёмки ток-шоу и понимаю, что сейчас его взгляд очень уж похож на тот, каким он меня наградил при исполнении песни "Где ты". И нет, я бы не сказала, что это прям ревность-ревность, но очень уж на нее похоже.

И стоило мне на миг ощутить до безобразия неправильное удовлетворение в своей душе от подобных мыслей, как я немедленно поспешила себя отдернуть.

Черт! Черт! Черт! Это ведь абсолютно ненормально! Я ни в коем случае не должна радоваться тому, что женатый мужчина испытывает ко мне хоть какие-либо чувства, кроме дружеских.

— Да, очень жалко... — отстраненно повторяю за парнем исключительно из вежливости.

Он видит мое нежелание в настоящее время вести беседу, а потому понимающе отходит в сторону и дает мне наконец-то долгожданное, свободное пространство. Ощущаю на миг укол вины за холодное поведение в сторону новенького, но ничего не могу с собой поделать.

Провожаю пристальным взором спину Жданова, который уже направляется на сцену спустя пару минут после того, как туда отправились Егор и Макс. Он идет уверенно под уже хорошо знакомые мне звуки вступительной мелодии, не оборачивается назад, но наверняка ощущает мой взгляд на себе.

Когда мужчина полностью скрывается из поля моего зрения, я делаю несколько шагов вслед за ним и останавливаюсь как можно ближе к сцене. Прислоняюсь плечом к столбу. Слышу, как позади продолжаются разговоры и суета, но все мое внимание остается прикованным к одному конкретному человеку, отнявшему у меня покой.

Одним своим появлением перед публикой Дима её уже привычно покорил, а женскую часть и вовсе заставил восхищенно вздыхать, следя за каждым его шагом и движением. И это, думаю, не изменится никогда, сколько бы лет ему ни было. Да и я сама являюсь точно такой же слабачкой, попавшей под его чары истинно мужественной харизмы и обаяния.

Первую половину концерта так и стою на одном месте, слава богу, никем не потревоженная.

Горшков, как ни странно, даже не попытался со мной заговорить и лично в глаза выразить недовольство от моего появления тут. Антон крутился где-то поблизости, но тоже не мешал моему уединению. Ну а всех остальных я и вовсе не замечала. Сердце мое замирало при исполнении каждой песни, а также всякий раз, когда он уходил вглубь сцены и смотрел именно в ту сторону, где стояла я. Неустанно при этом вспоминаю и прокручиваю в голове наш поцелуй, сгорая каждый раз от смущения как в первый. В душе при этом творилась у меня полнейшая неразбериха. Мне было и легко, и тяжело одновременно.