Книга Кейта: Дочь Леса. Книга 1, страница 85 – Мария Эмви

Эрдэни и Содор молча наблюдали за этой сценой, приняв мудрое для их статуса решение — не вмешиваться.

— Но ты же была слаба, дитя. — нашелся наконец Ойгон. — После шаманской болезни… Нужен был покой! Мы не хотели тебя тревожить, ради твоего же блага.

— Для моего блага. — Кейта с ироничной насмешкой всплеснула руками. — Оставлять айыл беззащитным, без единого мудрого шамана — для моего блага! А если бы на нас напали? Кто бы защищал наших людей⁈ Вы, сидя здесь и водя хороводы с…

— Это я их попросил.

В момент, когда тирада юной шаманки достигла своего пика, а поседевший еще более за эти пару минут старец лишь успевал открывать и закрывать рот, как выброшенная на берег рыба, раздался спокойный, глубокий голос. Войдя в раж, Кейта даже не заметила, как с неосвещенной стороны к ним кто-то подошел. Инсин остановился по правую руку от девушки, заводя руки за спину. Он смотрел на нее, и в его глазах была лишь глубокая, бесконечная печаль и… нежность.

— Это я попросил старейшин ничего тебе не говорить, — повторил юноша. — Не стоит вымещать свои эмоции на пожилых людях, нужно уважать их возраст и статус.

Гневный запал Кейты мгновенно иссяк. Она смотрела на него, на его усталое, измученное лицо, и чувствовала себя ужасно глупо.

— Но… почему? — только и смогла вымолвить девушка. Инсин слабо, почти незаметно, улыбнулся. «Потому что это — траур. Это — боль. А в твоих снах… там, на поляне… ты так стремилась к смеху и теплу. К счастливым воспоминаниям. Я не хотел, чтобы твое возвращение в этот мир началось с эмоций, от которых так тщательно пыталась сбежать твоя душа». Вот то, что ему хотелось сказать. Но он посмотрел на Кейту, на ее гордую осанку, на старейшин, во все глаза наблюдавших за ними. Инсин вспомнил, кто он, и кто она. Он — сын хана, который несет с собой звон стали и свист стрел. Она — предводительница племени, почитающего лесных духов. Вражеского племени, даже это разыгрываемое фальшивое «перемирие» не приведет никогда ко взаимопониманию их народов. Та хрупкая близость, что возникла между юношей и девушкой в ином мире, была неуместна здесь, в суровой реальности, пахнущей смертью и дымом. Инсин не мог позволить себе эту слабость. Не мог подставить ее. Тяжело вздохнув, юноша заставил себя надеть привычную маску холодной отстраненности. Вслух воин степей выдал совсем иное.

— Похороны моих близких людей тебя не касаются, — смахнув рукой волосы с плеча за спину, холодно произнес он, поворачивая голову в сторону возвышающегося постепенно кургана. — Да, ты сейчас занимаешь должность предводительницы, но этот ритуал выходит за рамки ваших обычных церемоний. Так как проводили его не для соплеменника, а значит, и верховному шаману здесь принимать участие не обязательно. Старый Ойгон сказал правду. Никто не хотел тревожить твой кут лишний раз.

Слова, острые и холодные, как лед, ударили Кейту наотмашь. Сон. Это был всего лишь сон! Такой заботливый, оберегающий ее, нежный Инсин… И этот «брак, заключенный на небесах» в Сердце Тэнгри… Это была лишь ее собственная иллюзия! Ее глупое, девичье сердце само додумало, само придумало эту романтическую чушь. Даже если степной воин действительно отправился на ее поиски, и их души встретились в Междумирье, этот иллюзорный мир запросто мог накидать песка в глаза и выдать желаемое за действительное. Сейчас перед ней вновь стоял он — такой же высокомерный и заносчивый степной шакал, каким она его запомнила в первую встречу. Холодный и чужой.