Книга Между любовью и ненавистью, страница 63 – Шейн Роуз

Усмехнувшись, он оттолкнулся от стойки, закрыл ноутбук и произнес:

— Ты неверно истолковала мои слова. Я сказал, что предпочитаю воздерживаться от шоколада. Включи все, что ты сегодня мне подавала, в меню.

— Значит, тебе понравилось? – Я приподняла бровь, желая услышать признание, что ему хоть одно блюдо пришлось по вкусу.

— Сойдет. – Кто бы сомневался, он никогда не скажет прямо. – Увидимся завтра, маленькая бунтарка. В то же время в том же месте. Выбери цвет посуды, какой тебе нравится, и отправь запрос Рите.

И с этими словами он покинул пекарню.

ДРУГИЕ МЕНЕДЖЕРЫ начали проявлять любопытство из-за того, что Доминик постоянно наведывался ко мне в пекарню. Сообщения от Паломы пестрели восклицательными знаками, подруга без конца твердила, что босс опять работает со мной.

В конце концов она заглянула к нам лично, окинула нас обоих изумленным взглядом и беззвучно произнесла: «Ты обязана мне все объяснить». Едва Доминик обратил на нее внимание, она вежливо улыбнулась и быстро ретировалась.

— Они все тебя боятся, – заметила я.

— И правильно делают.

— Нет, – возразила я. – Ты должен помогать команде сплотиться в последние дни перед открытием, чтобы создать целостный бренд, стиль и отлаженный рабочий процесс.

Он лишь вздохнул, не сказав ни слова. Когда позднее я предложила ему попробовать трюфель, он внимательно посмотрел на лакомство, после чего отказался.

На следующий день Палома вновь нанесла нам визит. Внезапно Доминик поинтересовался у нее насчет оформления витрин.

— Мы сделали их в зеленых тонах, как ты и хотел. – Она плюхнулась рядом с ним и добавила: – Ой, давай я покажу. Какие бирки лучше для витрины – зеленые или темно-красные?

Она протянула ему телефон, однако он дал ответ, даже не посмотрев:

— Темно-красные.

— Да?

Он поправил дурацкие идеальные очки, которые и не собирались сползать с лица.

— Они будут гармонично сочетаться с общей эстетикой.

— Верно. Ты прав. – И снова моя новая подруга беззвучно произнесла: «Я жду ответов», а затем вышла.

Каждый день она появлялась и не умолкала ни на минуту. Палома полюбопытствовала, состоим ли мы в отношениях, и Доминик ответил: «Да». Тогда она устремила на меня взгляд, полный немого упрека, но я была слишком взволнована и не нашла что добавить к его утверждению.

Но однажды Доминик не пришел, и я получила от него сообщение:

Доминик:

Меня не будет до конца недели. Когда вернусь, нам стоит появиться на публике. Пусть увидят нас вместе.

Я:

Как скажешь.

Доминик:

Рита сказала, ты запрашиваешь образцы красок. Что произошло с твоей идеей оставить стену как есть?

Я фыркнула, прочитав его сообщение. Ни за что не признаю свою ошибку.

Я:

Я решила использовать более нежный оттенок и сделать плавный переход к красному.

Доминик:

Формально это уже изменение.

Я:

Нет, не считается. Да пошел в жопу, Доминик.

Доминик:

Если желаешь говорить непристойности, маленькая бунтарка, то звони, я всегда на связи.

Я:

Пока.

Доминик:

Ты наняла команду маляров?

Я:

Я и сама с этим справлюсь.

Доминик:

Подожди до моего возвращения.

Я:

Ты думаешь, у меня не получится? У нас в запасе полтора месяца до открытия, Доминик.

Доминик:

Я в курсе. Когда вернусь, помогу тебе, а потом можешь отблагодарить меня в постели.

Господи. Я размышляла над этим сообщением всю неделю. Даже когда Палома сидела рядом и выпытывала у меня все пикантные подробности наших отношений. Пришлось объяснить, что все случилось молниеносно, но мы были знакомы еще до совместной работы. Она купилась на мою историю, и теперь то же самое следовало донести Доминику.