Книга Расколотая свобода, страница 109 – Шейн Роуз

Он коснулся моей ключицы, и я прикусила губу.

— Не знаю. Здесь я чувствую себя иначе, я счастлива, – я сделала глубокий вдох. – И боюсь вернуться… к тем другим ощущениям. А еще мне страшно, что мое счастье может быть связано с тобой.

— Почему ты так боишься этого, Ягненок? – он сжал мои щеки. – Почему бы не поделиться со мной своим счастьем?

— Не хочу, чтобы мое счастье зависело от тебя, – я судорожно втянула воздух, и его губы коснулись моих. Он уговаривал меня открыться ему и дать почувствовать мою любовь, счастье и желание. По его улыбке я поняла, что пропала.

Данте заполучил меня всю без остатка.

Я вверяла ему себя, и мое сердце учащенно забилось при мысли о том, что он может продолжать делать мне массаж, кормить меня и удовлетворять все мои потребности.

Но если счастье возможно лишь когда делишь его с кем-то, что происходит, если этот второй человек уходит? Как все складывается дальше, если ты не смог дать ему то, чего он хотел? Или если вам не удалось создать вместе то, о чем вы мечтали?

Приняли бы нас наши семьи? Одобрили бы наши отношения, узнав, что мы потеряли то единственное, что обычно создает семья? По какой-то причине мое тело было не способно выносить нашего ребенка. Данте мог завести детей с другой. Связать жизнь с незнакомкой, которая не имеет отношения к нашей семье, и тогда смог бы избежать неприятностей с моими братьями. Ему не пришлось бы выслушивать причитания мамы о внуках, он бы избежал необходимости работать с моей сестрой.

Я отстранилась.

— Мне пора собираться на работу.

Он прищурился, пытаясь пробиться через стену, которую я быстро возвела между нами. Стиснул челюсти, а потом отошел и кивнул.

— Мне тоже нужно работать.

— Чем именно ты занимаешься? – я села на кровать и поморщилась, тело еще не пришло в себя от пережитого вчера.

— Тебе больно, – пробормотал он. Затем сел рядом на кровать и в поисках следов провел крупными ладонями по моим бедрам, животу и другим частям тела. Когда же он наткнулся на участок покрасневшей кожи, я увидела, как напряглась его челюсть. – Я горд, но все равно в ужасе, Ягненок.

Стоило мне понять, что ему не все равно, как жизнь заиграла более яркими красками.

— Мне не больно, – я прикусила щеку, а потом высказала то, что давно сдерживала. – Я счастлива, Данте. Настолько, что боюсь. Вдруг усну, а, когда проснусь, все исчезнет.

— Лайла, я всегда был здесь и никуда не собираюсь.

— Ты не всегда был здесь, – улыбнулась я, наблюдая, как он наклонился к тумбочке и открыл ящик. Данте достал маленький пузырек с маслом и закрыл ящик, но я успела увидеть свой розовый вибратор. – А еще я хочу получить назад свою вещь.

— Если ты ублажаешь себя, выкрикивая мое имя, то я точно всегда присутствую в твоих мыслях, верно? – жестом он велел мне повернуться к нему спиной.

Я фыркнула, но подчинилась, потому что жаждала снова ощутить прикосновение его сильных рук. Я привыкала к его заботе, ласкам, и сомневалась, что мне удастся с легкостью пережить потерю всего этого, когда придет время.

Я почувствовала, как он открыл стеклянную бутылочку и капнул на пальцы несколько капель масла с ароматом мяты. А потом начал втирать его в особенно болезненное место на моем бедре.

— Вообще-то, не всегда, – я прикусила губу, когда он начал массировать и разминать мою спину, помогая мне так, как мог только он. Мышцы напряглись под натиском его сильных пальцев, и я застонала, когда он повернул меня лицом к себе и уложил на кровать.