Книга Искаженный хаос, страница 124 – Шейн Роуз

— Есть кто-то, кому ты можешь позвонить, чтобы он побыл здесь с тобой?

— Ты имеешь в виду, кроме охраны? – Я указала на мужчин в костюмах. Что я могла ответить? Я не стала бы звонить родным. Делайла уже нервничала, и их беспокойство лишь усилит чувство вины за то, какую боль я им причинила. – Мне хорошо и одной. Не хочу выставлять личную жизнь Лукаса напоказ.

— И все же поддержка не помешает.

Мне стало интересно, была ли у него эта поддержка.

— А ты бы позвонил своей семье, если бы они постоянно переживали, что у тебя случится рецидив?

Он наклонил голову, словно раздумывая над вопросом.

— Конечно, и Бастиан приехал бы.

Я сглотнула, когда он произнес имя своего брата. Себастиан Арманелли. Предполагалось, что оно испугает меня сильнее, но нет.

— Ты любишь своего брата?

Кейд улыбнулся, как будто понял, о чем я на самом деле спрашиваю.

— Я всегда буду любить своего брата, куколка. И я поддерживаю его во всем, даже если он совершает ошибки. Уверен, твои братья и сестра сделали бы то же самое по отношению к тебе. Семья не пугается твоих ошибок и не разочаровывается в тебе; они просто помогают тебе выбрать из пропасти.

Я прикусила губу, потому что хотела поверить ему, хотела думать, что моя семья не хочет избавляться от паршивой овцы, но не могла. Вместо этого я просто пожала плечами.

— Иззи, все это познаётся со временем. И ты когда-нибудь придешь к этому. – Кейд указал на еду. – А теперь садись и ешь свой сэндвич.

Я вздохнула. Даже если я была голодна, казалось глупо есть сейчас.

— Хотелось бы, чтобы Лукас пришел в себя и поел со мной. Он любит сэндвичи. Или чтобы они хотя бы пустили меня к нему.

— Скоро пустят, а теперь ешь. Во время выезда я отвечал за твою еду. Теперь же, пока ты, одному Богу известно по какой причине, вынуждаешь меня ждать, когда позволишь стать частью твоей жизни, придется помнить об этом самостоятельно.

Я пробурчала, что ему придется долго ждать, а потом спросила:

— Почему ты считаешь, мне важно не забывать есть?

— Мы же не станем доставлять Джеральду радость и позволять увидеть, как худеет твоя прекрасная задница, правда? – Это было оскорбление, шутка, а, возможно, даже комплимент. В любом случае, впервые за весь день улыбнулась, а потом села на стул. Тогда он подошел ко мне и наклонился ближе.

— Куколка, все будет хорошо, обещаю.

Затем Кейд поцеловал меня в лоб и направился к посту медсестры. Он не был богом или врачом. Он даже не был медсестрой. И все же я поверила ему. Возможно, потому что я этого хотела, а может, потому, что среди мужчин в нашем мире Кейд действительно обладал своего рода высшей силой.

Еще одним доказательством этого стало то, что не прошло и минуты, как ко мне подошла медсестра. Она отвела меня в палату Лукаса, и я увидела Кейда: он стоял в коридоре и кивнул, будто это он устроил так, чтобы я попала в палату друга.

Сейчас было не время размышлять над этим. Сосредоточившись на Лукасе, я поспешила в стерильную, чрезмерно чистую комнату. Белая занавеска была отдернута, мониторы издавали звуковые сигналы, а мой большой друг тихо лежал там без улыбки, которая вечно сияла на его счастливом лице.

Лукас выглядел так, словно отдыхал, и я надеялась, что он чувствует себя точно так же. Надеялась, что он усыпил своих демонов, пока сам находится между жизнью и смертью.