Книга Сто ярдов между нами, страница 116 – Джени Рин

«Ты Сандерс, дорогая. Мы никогда не были слабыми», – застучали слова мамы в висках.

Собрав оставшиеся силы, я резко дернулась.

Никто больше не будет мной управлять.

Никто.

Сидни потеряла равновесие и упала рядом. Воспользовавшись секундным замешательством, я оттолкнула ее и, шатаясь, встала на ноги.

— Смирись с тем, что ты проиграла, гребаная психопатка, – выплюнула я и пошла к выходу.

Нужно было добраться до поля, предупредить Дэмиана, но я не успела. Удар по голове заставил меня пошатнуться и снова упасть на холодную плитку.

Сознание угасало, но я чувствовала, как Сидни приближается. Она что-то кричала, но слова тонули в шуме, заполнившем голову. Я попыталась поднять руку, чтобы защититься, но она была слишком тяжелой. В последний момент я успела увидеть ее торжествующее лицо.

Темнота поглотила меня. Я провалилась в пустоту, где не было ни боли, ни страха.

Только ставшая родной тишина.

Может ли человек предсказать свою смерть? Может ли знать, как именно оборвется его жизнь? Я всегда думала, что это бред. Считала, что доживу до самой старости и не буду жалеть ни об одном совершенном поступке. Вот в чем заключалась моя главная ошибка. Я была слишком самоуверенной. И к чему это привело? Если я пишу это, значит, еще жива. Стоили ли наши отношения с Дэмианом той катастрофы, что едва не лишила меня жизни? Стоили. Каждая секунда, проведенная с любимым парнем, стоила того.

Возможно, предсказать свою смерть и нельзя, но чувствовать ее приближение – вполне. Это как тихий шепот, леденящее прикосновение к душе. Знать, как именно оборвется твоя жизнь, невозможно, но ощущать надвигающуюся опасность, чувствовать, как нить обрывается, – это совсем другое. И я чувствовала. Чувствовала с того самого момента, как оказалась в стенах сестринства, как увидела завистливые взгляды девочек, как услышала ненавистный смех высокомерной звезды кампуса, чье место оказалось моим.

Писк приборов и чей-то тихий шепот ворвались в воспаленное сознание. Я попыталась открыть глаза, но веки были словно свинцовые.

— Эми, пожалуйста, очнись, – услышала я знакомый голос. – Я здесь, рядом.

Это был Дэмиан. Его голос звучал отчаянно. Я напряглась и приоткрыла веки. Передо мной расплывалось его обеспокоенное лицо, с красными от слез глазами. Он прижимал к своей щеке мою ладонь и неотрывно смотрел в одну точку на стене.

— Дэ… Дэмиан… – прохрипела я, пытаясь привлечь его внимание.

Он тут же поднял голову и уставился на меня.

— Боже, Эми! Ты очнулась! – выдохнул Дэмиан, и я заметила, как на его длинных ресницах блеснули слезы. – Как ты себя чувствуешь?

Я попыталась сесть, но резкая боль пронзила висок, заставив застонать. Дэмиан тут же придержал меня, помогая принять удобное положение.

— Тебе нужно отдохнуть. Ты была без сознания почти сутки.

Я попыталась вспомнить, что произошло. Обрывки воспоминаний мелькали в голове: игра, яркий свет прожекторов, переживания за Дэмиана, Грейс, потасовка… Нет, не Грейс… Сидни. Это была Сидни… Удар по голове. И затем – темнота.

— Сидни, – прошептала я, зажмурившись.

— Ее арестовали, – подтвердил Дэмиан дрожащим голосом. – После перерыва Грейс забила тревогу. Игру остановили. Тебя чудом удалось спасти.

— Что… что она собиралась сделать?

— Тебе лучше не знать. – Он мотнул головой и поцеловал мою руку. – Если бы я не успел…