Книга Две жизни Изабель, страница 48 – Джени Рин

Я долго сидела там, на холодной земле, рассказывая Оливеру о своей жизни, о своих чувствах. Солнце наконец пробилось сквозь тучи, осветив его имя. Лучи упали на фотографию, и на секунду мне показалось, что он вправду мне улыбнулся. Я вспомнила его смех, песни, подколы. А еще бесконечную доброту и заботу. Брат хотел видеть меня счастливой. И я буду стараться. Для него. Для себя. Для Итана.

Встав с колен, я аккуратно убрала опавшие листья с цветов, поправила плакат с его фотографией, в последний раз посмотрела на могилу и, оставляя позади грусть, медленно направилась к выходу с кладбища.

– Расскажите о самом ярком моменте, связанном с Оливером.

– Это день, когда он познакомился с продюсером, – улыбнулась я. – Оливер с детства был талантливым. Родители подарили ему на пятнадцатилетие установку, с помощью которой можно было записывать песни. Перед тем как ему позвонили с предложением, в Сети уже было больше двадцати его композиций. В тот самый день Оли, как обычно, сидел в своей комнате, а я была рядом и слушала, как он поет. Раздался звонок, и он не ответил, но на другом конце провода не собирались так просто сдаваться. В итоге он разозлился и взял трубку. Сначала ему хотелось накричать на собеседника, но стоило услышать предложение, как он замер. Я никогда не видела его таким взволнованным. Руки затряслись, щеки покраснели. Это выглядело забавно, буду честна. Завершив разговор, Оливер завопил на весь дом о предложении, которое ему только что сделал какой-то известный продюсер. Я была очень за него счастлива и гордилась тем, что он мой брат.

– Хотели бы вы вернуться в тот день?

– Еще несколько недель назад я бы отдала все на свете, чтобы оказаться в прошлом.

– А что сейчас?

– Прошлое должно оставаться в прошлом, я это поняла. Я никогда не забуду Оливера и всегда с теплотой буду вспоминать моменты, проведенные с ним. Но нужно двигаться дальше. Я хочу, чтобы он гордился мной. Большего мне ничего не надо.

В Нью-Йорк я вернулась совершенно разбитой. Так всегда случалось после встречи с родителями. Мне было грустно уезжать из родительского дома, ведь там прошло все наше с братом детство. Там я была счастлива. Но реальность такова, что мне двадцать пять и детство давно прошло.

С Итаном мы встретились вечером того же дня.

— Детка, как я скучал, – произнес он, когда я открыла дверь квартиры.

— Детка? Ты никогда не называл меня так, – засмущалась я.

— Мы вроде вместе. Или ты успела кого-то подцепить, пока была у родителей? – Он сверкнул глазами.

— Нет. Я тоже скучала, детка, – засмеялась я и бросилась в его объятия.

— Как прошли выходные? Ты выглядишь расстроенной.

— Просто тоскую по маме с папой. Но теперь ты здесь, и мне намного лучше.

Мы прошли в гостиную и устроились на диване. Положив голову ему на грудь, я думала о том, как бы к Итану отнесся Оли. Они наверняка могли бы стать друзьями.

— В моей комнате был тайник, – начала говорить я, слушая его ровное дыхание. – Мы с Оливером сделали его, когда мне было десять. Все эти годы там хранились мои дневники. Я захотела проверить, все ли на месте, и ты даже не поверишь, что нашла.

— Дохлую крысу? – засмеялся Итан.

— Нет, – протянула я и стукнула его в грудь. – Там было письмо.

— От брата?

— Итан, мне нужно тебе признаться… – с колотящимся сердцем проговорила я, пытаясь собраться с мыслями.