Книга Ничего мне не обещай, страница 27 – Меган Брэнди

— Это плохо, если я хочу поехать с тобой?

Чейз мгновение вглядывается мне в глаза, а затем протягивает руку через весь салон и приглашающе открывает дверцу.

Я не колеблюсь, зная, что Дитон цел и невредим, спит в своей кроватке, а мой брат внимательно присматривает за ним. Я забираюсь в салон, пристегиваюсь и встречаюсь с Чейзом взглядом.

Он наклоняет голову.

— Куда ты хочешь поехать?

На моих губах появляется улыбка, все тело ощущается на десяток килограммов легче благодаря возможности сбежать.

— Куда угодно, подальше отсюда.

Чейз усмехается и бросает мне плед, который достает из-за спинки сиденья, и заводит грузовик. Он не говорит мне, куда мы направляемся, и, честно говоря, я не уверена, что он сам знает, но мне все равно.

В любом случае я готова просто плыть по течению.

Как только мы отъезжаем, что-то бросается мне в глаза. Я оборачиваюсь и смотрю в сторону дома, мимо которого мы проезжаем, и вижу там его.

Мейсон стоит у края дома, банка крем-содовой в руках… и смотрит на меня.

Я так быстро отвожу взгляд, что понимаю: Чейз это замечает.

Видит он Мейсона или нет – он ничего не говорит.

И не останавливается тоже. Вместо этого он слегка увеличивает скорость, уводя автомобиль вперед по дороге.

На улицах сегодня оживленно: обычно темное небо освещено кострами, гирляндами и вспышками сотовых телефонов. Жители Оушенсайда всех возрастов наслаждаются последним праздником лета перед тем, как вернуться к своей обычной, повседневной жизни.

Люди бегают по дорогам босиком, волоча за собой тележки, до краев набитые переносными холодильниками, одеялами, малышами и собаками. Один парень даже катит целую кегу по асфальту, его друзья смеются и помогают толкать ее сзади, но спотыкаются друг о друга, и напитки проливаются из их пластиковых стаканчиков.

Мы с Чейзом оба хихикаем при виде этого зрелища и в итоге почти три минуты простаиваем у знака «стоп», просто ожидая возможности повернуть на машине среди толпы.

— Похоже, пляж расчищается, – комментирую я, чувствуя странную смесь оцепенения и облегчения. – Интересно, увидим ли мы завтра толпу людей, собирающихся домой?

Чейз с ухмылкой оглядывается:

— О, теперь она настоящая океанская девушка? Устала делить пляж с пьяными студентами и орущими младенцами… – Чейз так быстро закрывает рот, что я не могу удержаться от смеха. Он отводит взгляд, потирая затылок, короткие каштановые пряди скользят по его пальцам. На светофоре он, наконец, оборачивается.

— Прости. Это было… Черт.

— Не беспокойся об этом. – Уголки моих губ слегка приподнимаются, и я натягиваю одеяло до шеи, наблюдая за маленькими магазинчиками, мимо которых мы проезжаем. – Потому что ты абсолютно прав. У некоторых из этих малышей такие легкие, что я бы себе все волосы вырвала.

Мы с Чейзом улыбаемся друг другу, а затем он наклоняется вперед, включая радио.

Я откидываюсь назад, подпевая музыке, которая наполняет машину.

Когда мы набираем скорость и ветер чуть сильнее бьет мне в лицо, я не поднимаю стекло.

Я закрываю глаза и делаю глубокий вдох и не открываю их, пока Чейз не заглушает двигатель.

Мой взгляд скользит в его сторону, когда он отстегивается и начинает вылезать, и я делаю то же самое, следуя за ним к задней части машины.

Он опускает откидной борт кузова своего фургона, а перед моим взглядом огромное поле впереди, где несколько десятков человек разбросаны по траве, простирающейся во все стороны на пару сотен метров, если не больше.