Книга Поклянись, что это правда, страница 160 – Меган Брэнди

Я не дышу.

Я смотрю на любимую девушку, безжизненно распростертую посреди улицы.

Ноа

Семь мучительных часов без каких-либо новостей. Потом появляется медсестра и сообщает, что произошло осложнение. Это самое страшное, что могло случиться.

Часы ожидания полны страха и сожаления.

И боли, и мыслей: «Ах, если бы…»

Если бы я приехал раньше сегодня…

Если бы я не уехал от нее в тот день…

Что, если я никогда не смогу сказать ей, что люблю ее?

Не смогу уверить ее, что она подарила мне удивительное знание, о котором я раньше и не догадывался, что только она мне нужна и никто больше.

Арианна Джонсон – олицетворение самой жизни.

Без нее жизни нет.

Мы молча ждем следующие шестнадцать часов. Время от времени кто-то вскакивает со стула и меряет шагами комнату, или бьет кулаком по стене, или пинает стул. Если кто-то и выбегает в коридор, спрятав лицо в ладонях, то тут же возвращается.

Наконец выходит доктор, у него темные круги под глазами от усталости. Он спускает медицинскую маску с лица и кивает.

— Вы ждете новостей о мисс Джонсон? – спрашивает он, хотя уже знает ответ.

— Как она? – резко спрашивает Мейсон.

Кэмерон хватает меня за рукав дрожащей рукой.

— Она стабильна.

Прерывистый вздох вырывается из моей груди, и я прячу лицо в ладонях.

Чья-то рука сжимает мне плечо, оглядываюсь и вижу Чейза.

Он кивает мне, сжав челюсти.

— Когда мы сможем ее увидеть? – спрашивает Брейди.

— Скоро, но я должен еще кое-что вам сказать.

— Говорите, док. – Мейсон нервно сглатывает.

Некоторое время доктор разглядывает нас, тщательно подбирая слова.

— Мы боялись, что у нее перелом основания черепа, но, к счастью, МРТ показало, что ничего такого там нет. Однако сотрясение мозга сильнейшее. По совокупности травм пришлось ввести ее в медикаментозную кому.

— О боже! – вскрикивает Кэмерон, и Мейсон крепко прижимает ее к себе.

— Ей больно? – хрипло спрашиваю я.

— Сейчас нет, – доктор держит перед собой планшет, – хотя боль, конечно же, была сильнейшей. Она могла не выдержать, поэтому мы решили, что безопасней будет ввести нашу пациентку в кому.

— Но зачем?

— Нам нужно потянуть время, чтобы все зажило, и самое главное – чтобы не было отека мозга.

— А если случится отек? – Чейз проталкивается к доктору. – Что будет, если отека не избежать?

Доктор терпеливо кивает.

— Тогда мы постараемся уменьшить последствия.

— А сколько вы продержите ее в таком состоянии?

— Столько, сколько ей будет необходимо. День, может быть, два, а возможно, и дольше. Все зависит от того, как пройдет сегодняшняя ночь. Если ночь пройдет без осложнений, то завтра будет уже легче.

Мы переглядываемся, чтобы убедиться, все ли вопросы задали.

Подходит медсестра, которая опрашивала нас, когда мы появились здесь.

— Доктор Брайан, это родственник Арианны. – Она подводит дока к Мейсону.

Доктор протягивает руку, лицо его непроницаемо.

— Можно поговорить с вами наедине, молодой человек? – спрашивает он и выходит из комнаты. Мейс идет за ним.

Я закрываю глаза и прижимаюсь лбом к стене. Мои легкие горят огнем.

Я слышу тихие голоса рядом с собой и крепко зажмуриваюсь.

Перед глазами вдруг возникает ее улыбка, до меня словно бы долетает отдаленное эхо ее смеха. Она тянется ко мне, но только я приближаюсь, чтобы прикоснуться к ней, она растворяется в воздухе.