Книга Поклянись, что это правда, страница 195 – Меган Брэнди

В его голосе звучит болезненное разочарование, и я поднимаю голову. Вытираю глаза и смотрю на брата.

— Что?

— Ничего.

— Мейсон, что? – умоляю я. – В чем дело?

Он смотрит на меня и качает головой.

— Просто мне трудно наблюдать, как тебя уводят. Это меня пугает.

— Ты не до конца честен. – Я замираю. – Тебе трудно принять то, что я с Чейзом?

— Не в том смысле, в каком ты думаешь.

— Не понимаю, что это значит…

— Возможно. Но ты не позволяешь мне объяснить… – Мейс проводит пальцем под моим глазом и показывает оставшийся на кончике след от туши. – Ничего, просто пообещай мне, что… не будешь спешить. Подумай хорошенько, прежде чем… решиться на что-либо.

Мои щеки заливает румянец, и я киваю.

— Наверное, мне лучше вернуться к своему кавалеру, чтобы он не решил, что я сумасшедшая.

— Он и так прекрасно это знает. – Мейсон усмехается и отпускает меня. – Иди.

Глубоко вздохнув, я поворачиваюсь на каблуках. К моему удивлению, Чейз никуда не исчез, и он даже нисколько не удивлен. Он ждет меня на краю танцпола с бокалами шампанского в руках.

Покусывая губу, подхожу к нему и беру бокал.

— Спасибо, что пришла со мной на церемонию. – Он касается моего плеча. – Это у нас с тобой фактически первый танец, и мне очень жаль, что это так. Я должен был пригласить тебя еще в школе на выпускном… Я должен был давным-давно показать, как ты важна для меня, Ари, и я хочу загладить свою вину. – Он нежно целует мое запястье. – Можно я приглашу тебя куда-нибудь на эти выходные? Побудем вдвоем.

— Чейз Харпер, ты приглашаешь меня на свидание?

— Так и есть. Ну, что скажешь? Пойдешь со мной на свидание?

Внутри перекатывается нервный комок, я киваю, и Чейз победно улыбается. После этого мы сидим за столиком и слушаем музыку.

Оглядываюсь, вижу улыбающиеся лица, но и у меня нет повода грустить.

Впервые за долгое время во мне вспыхивает искорка надежды.

Все кажется правильным.

Почему же тогда червь сомнения подтачивает меня изнутри?

* * *

Вечером, вернувшись домой, я первым делом ищу Ноа, чтобы отдать ему награду, но нигде не могу его найти, поэтому ставлю статуэтку на комод и сбрасываю платье, чтобы принять душ.

Залезаю под теплые струи с улыбкой, перед глазами проносится праздничный вечер, и мне кажется, что завтра все будет так же хорошо. Внутри все больше нарастает возбуждение, но внезапно мне становится трудно дышать.

Спокойствие, которое я ощущала несколько мгновений назад, вместе с водой утекает в канализацию. Неосознанно я забиваюсь в угол, сажусь, поджимаю ноги и утыкаюсь лицом в колени.

И начинаю рыдать.

Сначала это пустые слезы, в том смысле, что я ничего не чувствую, но постепенно во мне просыпается боль.

Мне очень стыдно.

Меня охватывает невыносимое чувство вины.

Недавно я призналась врачу, что внутри у меня все кричит, когда я пытаюсь вспомнить то, что забыла. Получается, я специально блокирую воспоминания, потому что они слишком болезненные и я просто боюсь вспоминать.

Тем самым я отталкиваю от себя и хорошее, и плохое.

И драгоценное – то, что я забыла.

Позволяю рыданиям поглотить меня целиком.

Я плачу о том, что мне не хочется вспомнить, о том, что причиняет мне каждодневную боль.

Я оплакиваю ребенка, которого потеряла, и в то же время я не могу признать это, потому что боль утраты невыносима, разрушительна.