Книга Гав! Из Москвы, страница 11 – Веста Васягина

Впрочем, Мамонт бы обрадовался даже разбитой чашке, только, чур, древней!

Он не участвовал в выставке «Пёсики Москвы», не смотрел видео популярного блогера Цитруса и не пускал слюну при мысли о мясном бульоне. Мамонт просто копал. И летом, и зимой, и в дождливую погоду, когда все здравомыслящие псы сидели по домам.

Москва – настоящий рай для «историков с лопатой». Или без лопаты, но с лапами. Они копали в этом городе уже двести лет и всё равно находили что-то новенькое. Точнее, новенькое старенькое. Но только не Мамонт, на его пути ценности не попадались!

— Мне нужна удача, – догадался он. С тех пор, перед тем как копать, Мамонт спускался в метро, на станцию «Площадь Революции», и подходил к бронзовой скульптуре «Пограничник с собакой». Знаете зачем? Чтобы потереть собаке нос.

Однажды молчаливая овчарка-памятник не сдержалась и громко чихнула.

— Это ты, что ли? – спросил Мамонт.

— Думаешь, если я бронзовая, мне и чихнуть нельзя?

Мамонт помотал головой. Он вообще ни о чём таком не думал, просто удивился.

— Да, я на работе. Но хватит уже мне нос чесать! Щекотно, – продолжила овчарка.

— Это я на удачу.

— И как, помогает? – прищурилась она. – Ты ко мне уже двадцать раз приходил за удачей.

— Вообще-то, не помогает… Но я так хочу раскопать что-то ценное! – Мамонт посмотрел на бронзовую овчарку с надеждой.

— Считай, сегодня тебе повезло. Эй, Историк, – овчарка окликнула проходящего мимо лабрадора в очках с толстыми стёклами, – возьми волонтёра в экспедицию, а?

— Это можно. Как тебя зовут?

— Мамонт.

Лабрадор по-доброму рассмеялся.

— Мамонты нам на раскопках ещё не попадались. Ладно, идём!

Так наш хаски попал в настоящую археологическую экспедицию. Правда, ехать далеко не пришлось. На Ильинке начиналась новая стройка, и первыми тут копали не строители с экскаваторами, а археологи.

— Начинаем полевые работы! – сказал Историк и вручил Мамонту набор инструментов.

— Какие же они полевые? – не понял тот. – Мы же в центре города.

— Так говорят. Раз мы работаем под открытым небом, значит, в поле. Ищем артефакты, друзья! Ильинка древнее Красной площади на несколько веков! Отсюда начиналась Москва.

Со дна ямы выглянули улыбающиеся собачьи морды. Команда была в сборе. Все трудились с огоньком, и Мамонт тоже. Он копал, просеивал землю ситом, стучал молотком и шутил между делом.

Судя по раскопкам на Ильинке, Москва начиналась с торговых рядов. Археологи нашли клад в пузатом кувшине-кубышке, осколки расписных тарелок, кожаный ошейник с надписью «Полкан», ржавый топор, деревянные шахматы, глиняную лошадку-свистульку, разноцветные стеклянные бусины, кольцо с петухом, железный навесной замок, древнюю сахарную косточку и берестяную грамоту – письмо на кусочке берёзовой коры. Там говорилось о том, чтобы некий Ярослав не забыл купить свежей стерлядки к обеду.

— Тут культурный слой, так что копаем культурно, ребята. Не только лапами! – подбадривал всех Историк, распределяя найденное по кучкам.

Затем предметы кисточкой очищали от земли и каждому давали отдельный номер, фотографировали, зарисовывали с разных сторон. И передавали в Музей Москвы. Мамонт так и не нашёл ни запасную шапку Мономаха, ни легендарную библиотеку Ивана Грозного, но был счастлив. Он многому научился и сам не заметил, как пролетел целый месяц.