Книга Мой. Чужой. Истинный, страница 5 – Анна Сафина

Мне бы сказать всё, как есть. Что жду от него встречных шагов. Но язык не поворачивался произнести свое желание вслух. Любой другой самец посчитал бы это блажью и глупостью, ведь для оборотней подчинение самки самцу являлось основой семейного уклада, обязательным атрибутом любых взаимоотношений. Но Айвен смолчал. Очень долго, как мне казалось, смотрел мне в глаза, а затем его собственные блеснули пониманием.

— Хочешь взаимности, птичка? — грубоватый, но ласковый тон, а затем еле слышное урчание его волка. — Держать мое хозяйство в своих маленьких лапках?

— Пошляк, — прошипела, а сама с напряжением наблюдала за его движениями. Точнее, за их отсутствием. Он не спешил двигаться в мою сторону.

— Про воспитание я уже говорил, но этим мы займемся позже. Когда останемся наедине.

Последнее он прошептал тихо, только для меня, и от интимности момента меня прошибло потом. Сердце застучало сильнее, кровь разгулялась по венам, прилила к лицу и шее, и судя по взгляду Айвена, я вся покраснела с головы до пальчиков ног. Их я поджала, а затем чуть не отшатнулась.

Айвен резко преодолел расстояние между нами, обхватил ладонями мою талию и слегка приподнял, притягивая меня к себе так близко, что между нами не осталось ни миллиметра свободного пространства.

— Моя кр-р-расивая, — прорычал, ощериваясь, а затем наклонился, широко раздувая ноздри. — Будь мы одни и в другом месте, покрыл бы тебя тут же. Скор-р-ро.

От переизбытка эмоций он слишком сильно сжал мое тело, и я пискнула, хватаясь пальцами за его предплечья.

— Тшш, не рассчитал силу.

Его хватка ослабла, и я спокойно выдохнула, чувствуя, как от его поглаживаний трепещет всё мое нутро, и пойманной в плен птичкой заходится сердце.

— Никто не обижал, пока меня не было? — спросил он у меня, когда его грудь перестала часто вздыматься. Кажется, моя близость причиняла ему неудобства, судя по тому, что я ощущала животом, но при этом от него явно фонило удовольствием. Словно я была опиумом для его волка.

— Нет, — выдохнула, не собираясь говорить про то, что недавно произошло в долине.

Айвен и Свайн подошли позже и не увидели, как банда Кирана прошмыгнула в другую сторону в поисках меня и Керука. В этом я была точно уверена. Иначе беловолосый Айвен не стоял бы сейчас со мной, а нагонял моего недожениха, желая наказать того, кто покусился на ту, на которую уже наложили лапу. Тяжелую такую, властную, не терпящую отказов и неподчинения.

— Врешь, — недовольно оскалился Айвен в ответ на мое “нет”, — но после всего я спрошу снова, и ты не посмеешь мне солгать.

Я сглотнула, ощущая облегчение, что это произойдет после. Мы оба знали, о чем именно он сейчас говорил. Не было нужды переспрашивать и уточнять.

— Я скажу сейчас кое-что один раз, Нереа, и ты запомнишь это. Считай это приказом, который не подлежит оспариванию. Ясно?

Он схватил меня правой рукой за подбородок и заставил меня посмотреть ему прямо в глаза. Темно-зеленые, с поволокой и расширенными черными зрачками, откуда на меня отчетливо смотрел могущественный волк. Нагваль. Один из немногих сыновей кровавого бога.

— Ясно, — выдохнула я с сипением и замолчала, робея перед мужчиной, но не смея отвести взгляда.

— Никогда больше не смей идти в логово врага. Даже если от этого будет зависеть моя жизнь.