Книга Осколки вечности в Академии Судьбы, страница 8 – Елена Княжина

— Что у вас в руках, леди Честер? — строго уточнил Шо, и я протянула ему дрожащий сверток.

— Ламбикур, сэр. Мой отец… Он послал обезволенных птиц, чтобы… чтобы найти, — прошептала я и с гневом поглядела на балкон. — Стая подчиненных… существ… в Дебрях… Им надо помочь.

Признания рвались из горла пополам с обвинениями, плотину прорвало, и дочерней верности во мне не осталось. Все парижское воспитание как хеккер слизнул.

— Ника, с каждым днем ты разочаровываешь меня все больше, — прокомментировал сверху отец.

Следователь повертел обморочного птица в руках, заглянул в мутные зрачки и передал находку стражу в форме магтрибунала.

— Подчинять разумных существ незаконно, — напомнил он папе. — Но вам это известно, граф, правда?

— Вас волнуют облезлые птицы? Посмотрите на мою дочь! Ее похитили, мучили, пытали, кусали! Она в отметинах от зубов, в синяках и порезах, — раздраженно прошипел отец, тыкая вниз мясистым пальцем. — Ника пропала со свадьбы, на которую был приглашен весь магический свет. И вы предлагаете мне сидеть и ждать, пока ищейки Совета опять упрутся в закрытую дверь и собьются со следа?! Это личное, Шо. Эти птицы служат мне.

— Добровольно?

— Какая, к шурхам, разница? Они выкуплены из заповедника в Ладакхе по немалой цене!

— О «похищении» леди Честер не сообщали, — следователь сощурил и без того узкие глаза и задрал голову к балкону.

— Это. Личное. Дело. Семейное! — багровея лицом, пыхтел папа. — Такой позор! Моя супруга несколько ночей на спала, готовя торжество.

А граф Ланге в это время развлекал на террасе синеглазую гостью…

— Пока девушка выглядитвашей пленницей, — подметил Шо, хотя конвой успел меня отпустить.

— Я ее отец. Я волен воспитывать дитя так, как считаю нужным, — отрезал отец. — Пусть смотрит, что случается с теми, кто преступил черту… Этот зверь опорочил мою дочь. Запачкал. Он смыл печать предателя кровью моей малышки! Как мне теперь исполнять условия брачного контракта, мм? У нее есть жених, заверенный магией и честью рода!

Эрик раздраженно шипел, плевался на камни, возился в сетях. Индусы вовремя скрылись из виду, но я не была уверена, что полностью остановили гипнотический шепот.

— Спуститесь с балкона, господин Ланге, — твердо приказал Шо. — Ваше возвышение неуместно. Я представляю законы Эстер-Хаза.

— Я не вижу в ваших руках бланка с печатью Верховного совета, Шо, — засомневался папа. — И пока не понимаю, в чем вы надеетесь обвинить почетного гражданина. Я и есть Эстер-Хаз.

— О, у меня целый список нарушений разной степени тяжести, — следователь скривил тонкие губы. — Начать хотя бы с Огнии Мотт… То дело двадцатилетней давности не давало мне покоя. Вы знали? Конечно, знали… Кинули такую лакомую кость, что я на миг забыл о логике, протоколе и совести.

— Видите? Это свойственно всем увлеченным натурам, — усмехнулся отец и вытер потную ладонь о зеленое брюхо. — Мы с вами похожи.

— Ни капли, — поспорил Шо. — Это было моим первым делом на новой должности. Я помнил, что свидетели упоминали имя Валенвайдов… А тут сладкая наводка. И медальон под ножкой кровати. Незакрытое дело вспышкой ударило в живот, инстинкт ищейки обострился. Ох, Ланге, не стоило вам поднимать улегшийся пепел старого дела. Я ведь докопался до истины… Когда морок охотничьего азарта спал с глаз.