Книга До моей смерти восемь лет, страница 70 – Марина Исайр

Маленький скрытый знак под гранью: белый ворон с закрытым крылом.

Родовой ключ был не у него. Нет. Это ощущалось иначе. Но он касался его недавно. Или держал футляр. Или принимал тот предмет, в котором его перевозили. Господи, да хоть нюхал, мне сейчас было всё равно. Главное — след есть.

— Красивый перстень, барон.

Тевис убрал руку за спину.

Поздно.

— Старая вещица.

— Семейная?

— Можно сказать.

— Как любопытно. У нас в роду тоже ценят старые вещи. Особенно те, которые не должны покидать дом.

Рован тихо сказал:

— Элиана.

Я повернулась к нему с самой светлой улыбкой.

— Да, граф?

— Возможно, барону не интересны северные загадки.

Тевис быстро кивнул.

— Увы, леди Вейр, я плохо разбираюсь в реликвиях.

— Ничего. Иногда реликвии сами узнают тех, кто к ним прикасался.

Камень на перстне снова мигнул.

Теперь Рован увидел.

И побледнел.

Всего на миг, но мне хватило.

Я сделала реверанс.

— Приятного вечера, барон. Граф.

И отошла прежде, чем они успели ответить.

Каэль ждал у края танцевального круга. Лицо спокойное. Глаза — нет.

— Вы видели? — спросила я.

— Да.

— Он связан с ключом.

— Или с тем, кто его перевозил.

— Рован испугался.

— Значит, вы попали.

И вдруг я почувствовала торжество. Маленькое, осторожное, но настоящее. Не победу. До победы было как до северного дома пешком в бальных туфлях. Но след я нашла. Не доказательство ещё. Не ключ. Не имя того, кто держит его сейчас.

След.

Иногда и этого достаточно, чтобы охотник перестал быть добычей.

И в этот миг рядом появилась Ливия.

— Эли, вот ты где. Я искала тебя.

— Что случилось?

— Графиня Селеста просит тебя подойти. Ей плохо.

Конечно.

Я посмотрела через зал.

Селеста сидела в кресле у стены, окружённая дамами. Платок у губ, бледное лицо, дрожащие плечи. Прекрасная страдающая мать. Рован уже стоял рядом. Барона Тевиса не было видно.

Ловко.

Очень ловко.

— Сейчас подойду, — сказала я.

Каэль тихо произнёс:

— Тевис уходит через восточную галерею.

Я повернулась к Ливии.

— Передай маме, что я буду через минуту.

— Она просила сейчас.

— Ливия.

Голос у меня стал мягким. Слишком мягким. У Селесты я училась не только плакать красиво.

— Если маме плохо, позови лекаря. Если ей нужна публика, я подойду, когда освобожусь.

Ливия отшатнулась, будто я её ударила.

— Ты жестока.

— Нет. Я занята.

Я посмотрела на Каэля.

— Идём.

Мы двинулись к восточной галерее. Быстро, но не бегом. Бег во дворце всегда выдаёт того, кто проигрывает. У выхода нас перехватил распорядитель, но Каэль только посмотрел на него, и тот внезапно вспомнил важные дела в другом конце зала.

Надо будет всё-таки научиться так смотреть. Очень полезный навык.

Галерея была полутёмной. Музыка сюда доходила глухо, будто из другого мира. За окнами дождь усилился. В дальнем конце мелькнула фигура барона Тевиса.

Каэль поднял руку.

Тень скользнула по полу.

И тут кулон вспыхнул.

Не холодом.

Болью.

Я остановилась, хватаясь за грудь.

Перед глазами на миг возникло другое место.

Тёмная комната. Железный сейф. Рука Рована. Перстень Тевиса. И родовой ключ Вейр — длинный, чёрно-серебряный, с терновником вместо бородки.

Его передают мужчине в перчатках.

Мужчина не снимает маску.

Но я вижу герб на запонке.

Морвен.

Видение оборвалось.

Каэль подхватил меня за локоть.

— Элиана.

Я открыла глаза.