Онлайн книга «Янтарь и Лазурит»
|
Сюаньму заставил себя подняться и, шатаясь, подошел к остальным на четырех лапах. Чтобы не тащить за собой тяжелое тело, он вновь уменьшился в размере, хотя хвост его все равно волочился по земле. — Тц. – Сыхуа цокнул языком и отошел назад, и тут его одежду поджег огонек нуны. — Сдавайся! – Генерал Ю сделал выпад, заставив врага отступить к Сюаньму. Сыхуа споткнулся и со звоном полетел на землю, не удержав равновесия. Нуна подоспела и несколько раз махнула гохэем вокруг Нам Сокчона – его тело сковали ленты света, металлические цепи растворились, не успевшее разрастись пламя на одежде погасло. Сыхуа даже не пытался раскаяться в своих злодеяниях. Он смеялся. Нуна переложила гохэй в левую руку, а правую резко вонзила в его живот. Ее острые когти с легкостью прорезали человеческую плоть, тот на миг вскрикнул, но затем вернулась его безумная улыбка. — Нуна, не убивай! – Сюаньму пролетел к ней и застыл на месте, увидев, что она держала на своей окровавленной ладони. Осколок ветви лансяня[60]. От тела Нам Сокчона больше не исходила темная энергия, она сконцентрировалась в этом маленьком металлическом крючке. Раненый мужчина закашлялся и пришел в себя, испуганно огляделся по сторонам и только успел выдать: — Где… Генерал Ю приставил лезвие меча к его горлу. — Выкладывай все, что знаешь, начни с имени. — Н-Нань Шичжун[61]. – Все его тело дрожало от страха. – Я-я простой нищий, который решил испытать удачу в Хунсюе, но напоролся н-на какое-то железное дерево, больше ничего не помню. Почему-то оставленная когтями нуны рана на его теле не кровоточила. Возможно, сила гохэя не позволила ей разойтись. Сюаньму видел, как нуна кипела от ярости и горела желанием вмешаться, однако генерал бросил на нее сердитый взгляд. Не как жених на невесту, а как шифу Сюаньму посматривал на шаловливых детей, шумевших во время медитаций и занятий. — Скольких людей ты убил? — Я… я… я… — Ты убивал до того, как тобой овладел лансянь Сыхуа? Сюаньму удивился, что генерал был знаком с этим оружием, однако тот побывал во множестве сражений, так что ничего странного в этом не было. Сам Сюаньму никогда не видел его воочию, лишь среди рисунков в книгах, которые шифу задавал читать. Внешне лансянь походил на бамбук – воин держал в руках «ствол» и сражался металлическими «ветвями»; сянем называлась бамбуковая кисть, от которой оружие, должно быть, и получило свое название. — Я… — Посмеешь соврать – умрешь. — А за правду как будто не станете убивать, – вдруг осмелев, выдавил он из последних сил и прищурился, когда меч генерала коснулся его горла, но не прорезал плоть. — Тебя отправили на Нагёпто, – фыркнула нуна, пусть и недовольная этим решением, но, судя по интонации, уже смирившаяся. – Там и доживай свои дни. Нам Сокчон, или Нань Шичжун, сглотнул, продолжая дрожать от одного вида меча. — Убивал, – наконец выдал он. — Расчленял женщин, использовал цветы? — Э-это не я, это он! — Кого убивал ты? — М-мы просто грабили торговцев, иногда случайно убивали… Нуна находилась поодаль и нервно бродила из стороны в сторону, но на этих словах не выдержала и переспросила: — Случайно?! Сюаньму тоже внимательно слушал разговор, но больше всего его беспокоило, почему он не смог почувствовать, что кто-то другой овладел этим телом. Даже четки не среагировали. Не спеша увеличиваться, а оставаясь размером в два чи[62], он вскарабкался по оголенной ноге нуны, чем сильно удивил ее. Вместо разговоров забрался на ее плечо и спустился по локтю к ладони, где она по-прежнему держала фрагмент лансяня. |