Книга Лекарь слепого генерала, страница 98 – Елена Смертная

Я поднялась по лестнице следом за отцом и, не останавливаясь, выдвинулась в сторону своей комнатки с лекарствами и травами. Матис казался растерянным от такой моей строгости. Он насторожился, но послушно пошёл следом.

Вскоре мы были внутри небольшого кабинета, где всё пропахло травами. Здесь царил хаос, ведь во времена горячки Лео я работала быстро и не задумывалась о порядке. Однако на одной из полочек стояли в идеальном ряду заветные фиолетовые бутыльки.

— Садись, пожалуйста, — буднично предложила я и указала на стул возле рабочего стола.

— Правильно говорят, гении властвуют над хаосом, — тихонько посмеялся Матис, надеясь разбавить мою серьёзность безобидной шуткой. Но увы. Сегодня будет не до смеха.

Мужчина сел на стул и нервно скрепил руки в замок перед собой.

— О чём ты хотела поговорить, дорогая? Твоя матушка вновь тебе докучает?

Я осталась стоять. Разве что подошла ближе к шкафчику с лекарством Леогарда и взяла один из бутыльков.

— Да, но мы с ней поговорили об этом и всё решили.

— У тебя получилось убедить в чем-то нашу маму? — удивленно протянул Матис. — Если да, то я готов покупать у тебя уроки по укрощению этой прекрасной женщины. Видит бог, меня она за столько лет брака ни разу не послушала.

Отец Эвы всё пытался шутить. Я натянуто улыбнулась, пока подходила к столу. Но уже через несколько мгновений поставила фиолетовый бутылек прямо перед мужчиной.

— Расскажи мне, пожалуйста, что это?

Вопрос застал Матиса врасплох, но он старался держаться спокойно. Взял стеклянный сосуд, покрутил, якобы изучая. Даже попытался выглядеть экспертно и задумчиво. Но я-то понимала, что он уже заподозрил: дело неладно.

— Наверное, лекарство, которое ты готовишь для Леогарда.

— Да. Из эликсира жизни твоего знакомого травника.

— Ну да. Как поживает старина Ярк?

— Чудесно. Оплакивает свою покойную жену, которой лекарство помогло безболезненно уйти из жизни.

Матис вдруг нахмурился.

— Может, ты имеешь ввиду, что оно облегчило боль смертельно больной Кармелите?

— Может быть. Это ты мне скажи, отец, — я указала на бутылек, который мужчина как раз поставил обратно на стол. — Что здесь? Это ведь не простое лекарство.

Матис не поменялся в лице. Лишь густые брови стянулись к переносице быстрее. Думаю, он уже начал подозревать, о чём я буду расспрашивать.

— С чего вдруг ты задаешь такие вопросы, Эва?

— Слишком много совпадений, связанных с отменой этого лекарства. Сегодня Леогард впервые увидел свет.

— Это ведь чудесно!

— Да. Но я склонна полагать, что он пошёл на поправку, лишь потому что я не давала ему всё это время лекарство. И, мне кажется, что в неком «эликсире жизни», скрыто нечто большее, чем простое обезболивающее.

Матис вжался в стул. Он сделал это невольно, от нервов. Затем посмотрел на дверь, будто боялся, что нас могут подслушивать. Лишь когда слух не уловил шорохов в коридоре, отец тихо заговорил:

— Мы с тобой это обсуждали, Эва. Я должен был обеспечить тебе безопасность в этом доме. Кажется, тогда ты со мной согласилась.

Боже, так Эва всё же знала? Я надеялась, что хоть этот грех упадет с плеч моего тела.

— Я потеряла часть памяти, поэтому будь добр, расскажи ещё раз, — пришлось смерить тон обвинительницы. Кажется, у меня самой «рыльце в пушку», пусть оно и не моё.