Книга Триада, страница 11 – Ульяна Муратова

Пока я купалась, Шура расстелила большое одеяло и завалилась на дальнюю от входа половину.

Я снова натянула рубашку, упала рядом и закрыла глаза.

Когда проснулась, почувствовала, как во рту шершавый язык опух и прилип к нёбу. Я поднялась на локтях и не увидела Шуру. Алёна по-прежнему спала неподалёку, иногда тревожно вздрагивая во сне.

Я с трудом встала. Всё тело ломило. Икры и стопы отозвались болью от ходьбы, шея и спина ныли из-за сна на одном тонком одеяле. Кожа на внутренней части бёдер воспалилась и горела огнём.

Снаружи раздались звуки приглушённых ругательств.

— Да на буя я ввязалась в этот звездец?! Да хлобысь оно конём!

И потом уже громче и выразительнее:

— Ять твою бать!

Осторожно проковыляв наружу, я застала исцарапанную брюнетку, укладывающую поперёк кострища сухой ствол пальмы. Рядом лежало несколько кучек хвороста и сухих листьев. Но самое удивительное, что в костре занимался огонёк.

— Но как?! — от удивления я приоткрыла рот.

— Через лупу и… халупу! — процедила она. — Чего встала? Помоги!

Я подхватила и помогла подтащить большой ствол.

— Котелок воды набери и вот тут на камни поставь, — распорядилась Шура.

Спорить я не посмела, но к воде шла вразвалочку. Старалась, чтобы ляжки друг друга не касались.

— Ты типа пытаешься склеить самца пингвина? — ядовито поинтересовалась брюнетка, наблюдая за мной. — Спешу тебя разочаровать, тут только я.

— Нет, натёрла просто, — тихо ответила я, аккуратно ставя котелок на огонь.

Вода грелась и закипала неохотно. Когда долгожданные пузырьки поднялись со дна, я уже готова была пить кипяток. Шура зачерпнула мятой миской из котелка немного воды и принялась студить её, дуя и гоняя по посудине. А потом с наслаждением отхлебнула.

Я протянула руку, но миску она мне не отдала. Пришлось ждать, пока грубиянка напьётся, а снять котелок с огня никак не получилось бы — ручки-то не было.

— Смотри, я тут нашла разные финики. Можно попробовать сварить и сожрать, — Шура указала на разложенные на соседней лавке плоды.

— Смерть от голода нам пока не грозит. Если до завтра нас не спасут, то можно подумать. Сварить что-то одно и съесть. Посмотреть на реакцию, — задумчиво рассуждала я. — А вообще, по правилу трёх мы ещё долго должны продержаться.

— Что за правило трёх? — заинтересовалась она.

— Ты можешь пережить 3 минуты сильного кровотечения, 3 минуты пробыть без воздуха, продержаться 3 минуты в ледяной воде. Можно пережить 3 часа экстремальной жары или холода. Можно продержаться 3 дня без воды и 3 недели без еды. Это относится к среднестатистическому неподготовленному человеку.

— Буй там! Три недели без еды я жить не собираюсь. Кабанчики же тут бегают, маленькие должны быть ничего так.

— Да, мясо теплокровных не ядовито. По крайней мере, в нашем мире, — добавила я. — Кстати, можно попробовать сделать болас.

— Что?

— Ну, это камни, обвязанные верёвкой, которые надо разматывать над головой и кидать. Как лассо, только вместо петли камень. Он летит и если попадёт, то может и убить, и верёвкой жертву спеленать. Можно ещё копьё сделать.

— Нет, идея с камнем на верёвке мне больше нравится! Это ближе к поингу, — Шура поднялась, подошла к сундуку внутри беседки и замерла в ступоре. — Эй, Интеллект! Журналистка! Иди, тут репортажный материал. Смотри, у неё ноги светятся…