Книга Триада, страница 88 – Ульяна Муратова

Алёнушка чуть не разрыдалась.

Видя её реакцию, смутился и замялся Хварид, а потом поднял несчастный взгляд на братьев Саянов:

— Она ж хрупенькая и бледненькая вся. Как же я такую… — тяжело вздохнул бородач и с недоумением посмотрел на свою пару.

Алёнушка ответила ему испуганной икотой. Даже помолиться забыла с перепуга.

— Поздравляю вас, парни, — сдавленно проговорил Драхир и снова посмотрел на меня. — Вероника, вы же понимаете, что мы не можем не проверить нашу с вами… совместимость тоже.

Я с ужасом посмотрела на Драхира. На его огромные старческие залысины. На гигантские тараканьи усы на скуластом пожилом лице. Да он же старый! У него же, наверное, артрит! Или артроз! Или и то, и другое! Ему же лет сорок! Или даже сорок пять!

Я вдруг вспомнила, как однажды на юбилее бабушка говорила тост: «Когда я была школьницей, мне очень нравились старики сорока пяти лет. Они, конечно, уже чувствовали дыхание смерти и стояли одной ногой в могиле, но как же они были хороши! Видимо, ощущение близкой кончины усиливало их очарование. Затем я стала постарше. Когда мне исполнилось тридцать, у меня по-прежнему захватывало дух от мужчин сорока пяти лет — привлекательных, умных и состоявшихся. Вершины эволюции, так сказать. Потом мне и самой исполнилось сорок пять. И как же меня тянуло к ровесникам! Это были мужчины в расцвете сил, опыта и красоты. Нынче я бабушка. Мне уже семьдесят. И мне по-прежнему нравятся мальчики сорока пяти лет. Юные и свежие, как наливные яблочки. Так что Эйнштейн прав — всё в этом мире относительно. Всё, кроме моего вкуса в мужчинах!».

Вот бабушке Драхир бы точно понравился. Такой, наверное, и ест хорошо, и пироги хвалит, и розетку может починить. «Мужчина должен быть в первую очередь надёжным, а не как твой отец», — поучала бабушка. Так вот Драхир таким и был — надёжным в первую, вторую и третью очереди. В четвёртую — выдержанным. В пятую — занудным до скрежета зубовного. Я прям чувствовала в нём это самое качество — кружки в серванте должны стоять ручками в одну сторону, а дети бегать по ровной линии и строем.

И почему шикарный здоровяк Хварид достался худосочной Алёнушке? А огненный насмешник Джасир — Шуре? Они оба куда как интереснее этого… старого… нудного… скучного… залысого… усатого… Тараканина!

На глаза навернулись слёзы. Я протянула руку, с отвращением думая, что с таким придётся ложиться в постель… И любить его?! Что за страшная шутка богов? Я отчаянно не хочу этого Драхира! Рядом раздался женский смешок. Я с укором посмотрела на Шуру. Нечего надо мной насмехаться! Самой-то вон какой парень достался — обаятельный, атлетичный, ловкий! Брюнетка ответила удивлённым взглядом. Так, словно не она сейчас смеялась.

Капли моей крови упали на чистый участок стола. Рядом легли густые кляксы, принадлежащие Тараканину. Он снова принялся бормотать заклинание. Я шмыгнула носом и уставилась на стол в ожидании приговора…

Капли крови поползли навстречу друг другу, но как-то натужно, неохотно. И замерли, так и не образовав никакой фигуры и не явив нам никаких спецэффектов. Я с надеждой посмотрела на Драхира:

— Это же не то? Не реакция Истинной пары?

— Нет, хотя совместимость очень даже неплохая, особенно если учесть, что ты тёмная, а я — огненный. Но мы не пара, — разочарованно ответил Драхир.