Книга Огненные крылья Демона Пустыни, страница 115 – Ульяна Муратова

— Гадкий маленький вивр, только посмей ещё раз, — загремело из-за стены, и я подскочила на постели. — Ах так?! — взревел Ирихан.

Я опрометью бросилась в сторону его спальни и забарабанила в дверь.

— Ирих, пожалуйста, не причиняй ему вреда, — взмолилась я, колотя по резной каменной створке.

— Лий, ну ты сама посмотри, что он творит, — распахнул её маг.

Он повернулся ко мне спиной и продемонстрировал несколько укусов маленькими зубками в районе спины, икр, пяток и, подозреваю, того места, которое было стыдливо прикрыто простынёй.

— Он не даёт мне спать!

И тут до меня дошло.

— Ты только не сердись, ладно? — пролепетала я.

— Я уже сержусь.

— Тогда не сердись ещё больше.

— Ничего не могу обещать.

— Тогда ничего не могу сказать, — я виновато развела руками.

— Лия!

Ирихан навис надо мной, буравя взглядом. Но вот какая штука, я совсем перестала его бояться. Нет, выглядел он, конечно, внушительно: глаза горят, по рукам ползёт огонь, на груди и плече свежие раны запеклись плотными корками. Вот только страх у меня исчез. Даже трепета не осталось. Тяжеловато бояться того, кому ты подставляла тазик… Эх, загубил Ирихан свою грозную репутацию! Теперь ни крошечный вивр, ни слабенькая попаданка его не боятся. Про гишину я вообще молчу…

— Тут такое дело… — протянула я руку и успокаивающе погладила его зудящую кожу вокруг болячек. — Это вышло совершенно случайно. Есть вероятность, что он подумал, что я не хочу спать одна.

— И почему есть вероятность, что он так подумал? — посмотрел исподлобья Ирихан.

— Потому что я это сказала прямым текстом, — повинилась я.

— Лия, тебе не кажется, что это слишком?

— Извини, я же не специально.

— Проходи и ложись на ту половину, — указал он. — Нет, подожди. Лучше пойдём наверх, там кровать больше. Да не стой так, время сыпется, а нам рано вставать.

Я покорно пошла вслед за огневиком в его спальню.

— Почему сыпется?

— В смысле?

— Почему ты говоришь, что время сыпется?

— А как надо говорить?

— Что оно идёт или утекает.

— Утекает оно у альмендрийцев, у них часы жидкие, клепсидры. А у нас песочные, поэтому у нас время сыпется. Всё, ложись и спи.

Ирих занял стратегически самое дальнее от меня положение. Даже колено с края свесил. Стало обидно. Больше я Милаху ничего такого не расскажу. Лучше уж спать одной, чем чувствовать себя прокажённой в чужой постели. Маг уснул быстро, а я всё ворочалась с боку на бок. Вскоре пришёл и Милах. Обняла его крепко-крепко и сказала:

— Спасибо. Но я так не хочу. Пусть всё идёт своим чередом, ладно? У нас есть такое выражение: насильно мил не будешь. Тут оно подходит как нельзя лучше. Так что спи. И очень тебя прошу, не убегай больше.

Вивр горестно вздохнул и затих.

Ирихан разбудил меня, едва рассвело. Милах к тому времени куда-то смылся. Естественно, я не выспалась. Продрала глаза — в них как песка насыпали. Я втайне надеялась проснуться в объятиях огневика, но обломалась и в этом.

— Лия, дождливого утра. Пора вставать, — потряс меня за ногу Ирихан.

— Ещё пять минуточек, — зевнула я.

— Хорошо, жду внизу. Приготовлю пока завтрак.

Второй раз проснулась от возмущённого оклика с первого этажа:

— Лия, ну ты где?

— В борозде, — пробурчала я и потянулась.

Милах зевнул рядом.

— Лия!

Нет, это решительно невозможно! Я неохотно поднялась, спустилась в спальню, привела себя в порядок и оделась. Горячий завтрак и не менее горячий — даже раскалённый — Ирихан ждали на кухне.